ПРОБЛЕМНАЯ ЗОНА: ДЕТИ!

Проблема детского насилия, к сожалению, периодически становится актуальной по всему миру. Не является исключением и Кыргызстан. Меры по борьбе с этим безобразным явлением принимаются, в основном, неправительственными организациями. Но что делать, если раздаются еще более страшные звоночки, — о детской порнографии, здесь и сейчас?

ШОКИРУЮЩЕЕ ЗАЯВЛЕНИЕ ПАРЛАМЕНТАРИЯ

На одном из недавних заседаний Жогорку Кенеша депутат Лейла Сыдыкова выступила с заявлением, которое не могло не вызвать громкого резонанса в общественности. Касалось оно именно детской порнографии, которая производится сегодня, здесь, в нашей стране. По словам парламентария, в Кыргызстане распространение дисков с детской порнографией никак не отслеживается и не контролируется. Равно как и слабо ведутся учет и розыскные мероприятия в отношении пропавших несовершеннолетних, а также вовлеченных в проституцию и съемки в порнографических фильмах и фотографиях. Другой депутат ЖК Алишер Мамасалиев в своем выступлении на форуме «Участие молодежи в противодействии насилию и сексуальной эксплуатации в КР» указал, что в республике не существует четкое определение порнографии.

По информации Сети НПО по защите прав и продвижению интересов детей, в прошлом году жертвами насилия в республике стали свыше двух тысяч детей. В результате такого рода преступлений 22 несовершеннолетних погибли, 49 до сих пор числятся в розыске.

Вопрос о детской порнографии сам по себе очень скользкий. Распространение дисков, фотографий и журналов в Интернете, киосках и даже магазинах перестало быть новостью практически с момента обретения Независимости. Точно так же подобное меньше кажется чем-то диким и противоестественным. Произошла прямая деградация общества, где принцип свободы и «Делай что хочешь, в этом весь закон» понимается абсолютно искаженно. Даже для людей, не видящих для себя ограничений, педофилия и все ей сопутствующее находится за пределами дозволенного. И часто оказывается недостаточно Конвенции по правам ребенка.

Именно поэтому участники упоминавшегося выше форума выступили с инициативой принятия Кыргызстаном двух дополнительных Конвенций Европейского Союза. Одна из них является Конвенцией по противодействию насилию и коммерческой эксплуатации детей. Вторая именуется Конвенцией противодействия преступлениям в Интернет-пространстве в контексте изготовления и распространения детской порнографии.

Предупрежден — значит вооружен

Мы связались с одним из участников форума, депутатом ЖК КР Алишером Мамасалиевым. Один из главных, на наш взгляд, вопросов, прозвучал в самом начале:

— Существует ли статистика совершения таких преступлений, как детское насилие, изготовление и распространение детской порнографии?

— Я делал запрос в МВД, и выяснил, что подобная статистика не ведется, поскольку такие преступления имеют латентный характер и, как правило, особо не афишируются. Это если говорить о насилии над детьми и подростками. А что касается детской порнографии, то и наши выступления, и меры, которые мы предлагаем принять носят, больше, упреждающий характер, нежели являются реакцией на уже существующую проблему. На данном форуме по противодействию насилию над детьми присутствовали правозащитники из Украины. Они говорили о том, что наличие пробелов в нормативно-правовых актах страны предоставляет возможность для формирования некой площадки, на которой и начинают активно совершаться такого рода преступления. В свое время и Украина и Молдова столкнулись с этой проблемой именно из-за того, что не были приняты упреждающие меры. Задачей форума было не то, чтобы попытаться реализовать эти пробелы, а просто хотя бы начать об этом говорить.

Дело в том, что наш менталитет ставит некое табу на обсуждение подобного рода проблем. Для начала необходимо зафиксировать само наличие в Кыргызстане преступлений по отношению к детям. Затем выяснить, готовы ли как политические силы, так и гражданское общество и экспертное сообщество консолидироваться, чтобы решить эти проблемы. Я думаю, что обе эти задачи были реализованы: больше того, я понял, что в КР существует понимание всей серьезности обстановки в плане детского насилия. Существует, причем, на уровне правительства, парламента, да и субъекты гражданского общества готовы, в сотрудничестве с международным сообществом, предпринять все нужные меры, — особо подчеркнул А. Мамасалиев.

По словам депутата, в Уголовном Кодексе КР, нет четкой регламентации и нет правоприменительной практики в отношении такого рода преступлений. Соответственно, факт отсутствия четкого определения, что есть «педофилия» и «порнография», дает возможность совершения того, например, что случилось неделю назад в новостройке «Ак-Орго». (Напомним: 34-хлетний изувер изнасиловал в извращенной форме ученицу третьего класса). Как следствие, люди перестают верить в законное наказание преступника и вершат самосуд, чего допускать нельзя.

— Поэтому необходимо сформировать соответствующую инфраструктуру и подготовить юридическую базу, — говорит А. Мамасалиев. — Этим может заниматься МВД. Но опять-таки у правительства возникает вопрос: готово ли международное сообщество и доноры оказывать ресурсную поддержку хотя бы в плане создания этой базы. Или обмена опытом, когда, например, эксперты с Украины или России приезжают к нам.

ЖУРНАЛИСТСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

Не новость и тот факт, что студии по производству данной продукции махровым цветом расцвели практически по всей территории бывшего СНГ. Но вопрос о наличии их в нашей республике по-прежнему стоит на повестке дня. Одно дело, — заграничные фильмы и фотосессии, и совсем другое: отечественное производство.

Мы решили проверить, наличествуют ли в открытой продаже и в продаже вообще диски с детской порнографией отечественного производства.

Первый поход — на Ошский рынок, не дал результатов. Равно как и на Орто-Сайский и Аламединский. Не обошли своим вниманием наши корреспонденты и подземные переходы в районах Филармонии и ЦУМа. Нет, конечно, достать и эротику и обычную порнографию абсолютно реально в наше время: а вот с детским порно в уличной продаже есть некоторые проблемы. Наших же роликов и фильмов нет вовсе.

Однако все это гораздо проще найти во всемирной паутине. Но повторимся: если у нас и снимается что-то подобное, то лишь для очень узкого круга. В широкой продаже этого точно нет. Исключением можно назвать, пожалуй, журналы, распространяемые такими сообществами ЛБГТ, как Общественный фонд «Оазис» и ОО «Лабрис». Они производятся здесь и сейчас, и их можно как просто взять почитать, так и приобрести, в среднем, за 70-80 сомов в офисах данных организаций. Однако серьезным преступлением по УК КР это не является: эта продукция предназначена для тех, кому она интересна по сугубо личным мотивам, а не для широкой продажи.

ЧТО ГОВОРИТ ЗАКОН?

В законодательстве Кыргызской Республики нет общего определения понятия «насилие над детьми». Законом КР «О социально-правовой защите от насилия в семье» от 25 марта 2003 года определено насилие в семье («семейное насилие»), но данное понятие применимо только в сфере семейных правоотношений.

Сутенеры, работающие с несовершеннолетними детьми, могут привлекаться только по одной статье: 157 УК КР: «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий».

Согласно комментариям к УК, вовлечением признаются действия взрослого лица, которые направлены на возбуждение желания несовершеннолетнего совершить активные противоправные действия. Такие действия могут быть совершены несовершеннолетним под воздействием обещаний, обмана, угроз или иным способом.

Анна МОСТФА

29 октября 2009 г.

Вовлечение несовершеннолетнего лица в пьянство, употребление наркотических средств или других одурманивающих веществ без назначения врача, проституцию, бродяжничество или попрошайничество, совершение сексуальных действий, а равно в действия, связанные с изготовлением материалов или предметов порнографического характера, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, наказываются арестом на срок от трех до шести месяцев. Либо лишением свободы на срок до трех лет. Те же деяния, совершенные:

1) неоднократно;

2) с применением физического насилия или угрозы его применения, – наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.