Асанбек АЛЫМКОЖОЕВ: «События на юге можно было предотвратить!»

Генерал-майор, экс-заместитель губернатора Баткенской области, специалист по горячим точкам суверенного Кыргызстана Асанбек АЛЫМКОЖОЕВ в интервью «ОР» делится секретами в своей сфере. Что особенно актуально на фоне недавних трагических событий на юге республики.

– Как вы, опытный военный, можете оценить нынешнюю ситуацию на юге страны? Как долго она останется в сердцах кыргызстанцев?

– Дело в том, что я как раз могу считаться экспертом именно по безопасности. В мою сферу деятельности в свое время входили именно пограничные с Узбекистаном территории вроде анклава Сох. Нынешнюю же ситуацию на юге я могу оценивать только по собственным навыкам да по информации, предоставляемой прессой, поскольку сам в данный момент нахожусь здесь, а не там. Юридически после проведения референдума ситуация вроде бы стабилизировалась. Но после такого количества погибших, после того, как половина Оша была сожжена, после того, как столько народу потеряло своих родных и близких, понесло материальные убытки... Мне кажется, эти раны будут очень долго заживать. Вы, наверно, помните, как долго все это заживало после событий на том же самом юге в 1990 году, как все косо смотрели друг на друга еще по-вашему, нескольких лет.

И особенно обидно, что членами Временного правительства неоднократно делались, обещания предотвратить кровопролитие на межэтнической почве – ведь все же знали, что это вопрос очень тонкий, болезненный – но так ничего на самом деле и не было предпринято. Это касается и спецслужб, и правоохранительных органов: всем известно, что в их обязанности входит отслеживание подобных социальных взрывов и гашение их на корню. У нас же получается, что когда кому-то надо, то и подслушивают и подсматривают, а когда действительно есть такая необходимость, никто ничего не видит. Извините, как это может быть? Последние события на юге республики показали самой своей массовостью, что к ним готовились заранее. Вспомните, какой арсенал оружия там использовался! За ночь, за сутки его невозможно подготовить. Очевидно, что это было тщательно спланированной акцией.

– Явилась ли эскалация конфликта на юге неожиданностью, или ее можно было предотвратить? И были ли схожие случаи в прошлом, во время прежних вооруженных столкновений?

– За столь короткий промежуток времени суверенитета Кыргызстан слишком часто сотрясали военные действия, и слишком часто их, извините, профукивали. Взять тот же 1999 год, баткенские события: тогда вооруженные бандформирования в буквальном смысле жили на нашей территории, использовали наш Зардалы, Таджи-Чычкан, а это курортные места. Там нет цивилизации как таковой, но зато есть родоновые источники, на которых можно лечиться, есть плодородные пастбища, и это действительно красивые места. И вот на этих-то местах полгода минимум, судя по многочисленным рассказам очевидцев, жили бандиты, и когда от них освобождали Баткенскую область, то были видны ужасающие следы их пребывания. А никто не знал, опять-таки, не видел, и, конечно, ни с кого ничего не спросили. Наверняка, какие-то сигналы поступали, только кто на них реагировал? За такой небольшой отрезок времени подобных случаев уже было несколько, и июньские беспорядки на юге также были вполне предсказуемы. Да, я считаю, что это ошибка наших спецслужб и наших властей. И если такие вещи происходят неоднократно, и их не в состоянии предотвратить, хоть как-то подготовиться к подобной возможности...

– Верно ли утверждение, что стране нужна твердая рука для того, чтобы стабилизировать ситуацию?

– Сегодня сложно об этом судить, потому что Временное правительство пытается навести порядок в стране, стабилизировать ситуацию, а результата пока не видно. Конечно, нам нужна твердая рука, но сейчас кричат о том, что раньше она у нас была, и махровым цветом цвели коррупция, клановость и т. д. и т. п. А вот теперь парламентская республика и ничего подобного не допустим. Лично я отчего-то больше доверяю высказываниям президента России Дмитрия Медведева на саммите в Торонто, где он сказал, что слабость и нелигитимность власти зашли уже слишком далеко. И потому он сомневается, что парламентаризм способен стать панацеей, а скорее, наоборот, — может вызвать череду смен власти вроде апрельских событий. А тогда к власти придут экстремистские течения.

– Какие именно предпосылки, помимо ослабления власти, для этого существуют в республике?

– В первую очередь, это исламские течения, поскольку они наиболее массовы, и уже пытались предпринять подобные попытки. Так, в 1999 году, во время баткенских событий именно они собирались строить в Ферганской долине государство по типу халифат. Самое интересное в тех событиях это то, что, когда брали их трупы, у них обнаружили карты, на которых Ферганская долина была очерчена в качестве уже готового халифата. И до сих пор правоохранительным органам попадаются их активисты, преследующие те же цели. Нам не нужно назначение по мотивам религии и национальной принадлежности. Нам нужен единый сильный и процветающий Кыргызстан.   И я готов бороться ради этого.

– Напомните, пожалуйста, какие последствия имела попытка создания так называемого халифата?

– Тогда по всем школам ходили даваатчики и преподавали детям. А по министерствам и ведомствам ходили уже с другой целью — чтобы повсюду открывали мечети. Понимаете, когда речь идет о традиционном исламе, никто не против, но в роли этих даваатчиков часто выступает вообще непонятно кто, неизвестно с каким образованием. В итоге, сами учителя в школах послушали их и восстали. Я сам понимаю сердцем, что некто Всевышний, который все создал, существует, верить надо. Но вариант развития Афганистана, где к власти в свое время пришли талибы и запретили телевидение, радио, бриться, европейскую одежду — нет, такой откат назад страшен. В том же Афганистане сам народ воспротивился. А Кыргызстан и подавно всегда был умеренно верующим народом. Мы — светское государство, и мы должны признавать все официальные конфессии. Но необходимо четко отслеживать появление и деятельность различных сект, а то у нас собираются все, кого прогнали с Запада.

Наиболее полно мою позицию отражает программа нашей партии «Единый Кыргызстан», в которой четко прописаны принципы либеральности, конструктивного взаимодействия с любой официально признанной религией — они все достойны уважения и почитания. Но, поскольку мы светское государство, мы не должны отдавать предпочтение никакой из них, и никакая партия не должна основываться на религиозной основе.

– Какой прогноз вы могли бы дать на грядущие парламентские выборы?

– Я не могу дать никакого прогноза, так как не владею подобной информацией. Но скажу вот что: нельзя преследовать какую-то одну, определенную нацию. В каждой есть и негативные, и позитивные стороны, – последних больше, чем первых. Допустим, в Кыргызстане 5 млн. граждан: из них 3 млн. кыргызов. Это получается 2 млн. представителей других национальностей. Это почти половина народонаселения страны, огромная часть. И так уже за пределы республики выехало немало русскоязычных людей, и подавляющую их часть составляют специалисты, профессионалы во всех сферах. Остаются старики, дети, больные, спившиеся, никому не нужные.

Беседовала Анна МОСТФА

1 июля 2010 г.