Политический портрет лидеров Кыргызстана 20-30-х годов ХХ века

В народе говорят – покажи мне своего друга, и я скажу, кто ты. Действительно, оценивая личность выдающегося государственного деятеля Кыргызстана 20-30 гг., необходимо обратиться к его соратникам и коллегам по работе, составить коллективный портрет, чтобы получить представление и об исторической эпохе того времени, особенностях, и о размерах масштаба личности политика Ю. Абдрахманова, которому в декабре исполнилось 110 лет.

Начнем с социального происхождения. Как показывает анализ анкетных биографических данных, а также данных ОГПУ о каждом политике, главными участниками политического процесса в до— и послеоктябрьский период были представители кыргызской родоплеменной аристократии, особенно та ее часть, которая находилась на государственной службе в органах колониальной администрации. Речь идет об отпрысках родовых вождей – манапов, каковыми были и сам Юсуп Абдрахманов, и его ближайшие наставники, соратники и оппоненты – Абдыкерим Сыдыков, Иманалы Айдарбеков, Садык Чонбашев, Дуйшеналы Бабаханов, Ибрай Тойчинов, Султан Лепесов, Шамседин Курманов и др. Поскольку советская власть боролась с байством и манапством, то мы читаем в графе завуалированные и нейтральные в классовом отношении формулировки. Отпрыски баев и манапов, как правило, писали, что они происходят из батраков, бедняков, что они связывали с трагедией восстания 1916 г., в результате которого многие лишились прежнего социального статуса, либо являются детьми «кочевников-скотоводов».

По месту проживания. Главным образом, это были представители племени «солто». Численно они доминируют над всеми. В большей степени мы встречаем представителей Чуйского, Иссык-Кульского, Нарынского и Таласского регионов, реже – представителей юга. Самых верхов достигли только два южанина – Абдыкадыр Орозбеков (председатель КирЦИК) и Дали Зульфибаев (зампред КирЦИК), прямой потомок Алымбека-датка. Это объясняется тем, что столица Кыргызстана Пишпек находилась в Чуйской долине, являвшейся местом компактного проживания «солто». Если бы столицей, как и было задумано первоначально, стал г. Джалал-Абад, региональный состав участников политического процесса был бы существенно другим. Еще одна особенность: во взаимоотношениях между политиками не наблюдается деление на «южных» и «северных». Об этом свидетельствует то, что соперничавшие между собой группировки кыргызских политиков, как правило, включали в себя представителей самых разных регионов. Бывали случаи, когда родичи шли против родичей, что не дает основания говорить, что соперничество между группировками носило исключительно родо-племенной характер. В их основе также лежали политика и идеология, разные подходы и оценки политических событий и явлений.

По образованию. До революции и вплоть до сер. 20-х годов никто из политиков не имел высшего образования. Поступили и учились в высших учебных заведениях России лишь три кыргыза – А. Сыдыков (Казанский университет), Д. Султанаев (Варшавский зооветеринарный институт) и К. Сарыкулаков (Киевский университет). Но никто из них не смог закончить эти вузы по болезни (острого воспаления легких).

К. Сарыкулаков подавал очень большие надежды, активно включился в политику, являлся основателем и лидером союза «Букара», но заболел и скончался в очень молодом возрасте. Большинство политиков закончили мусульманские мактабы и медресе или начальные русско-туземные школы. Некоторые получили домашнее образование. Эти школы открывались с целью подготовки туземных кадров для  русской низовой колониальной администрации – переводчиков, писарей, помощников и др. Привилегированное образование получили единицы. А. Сыдыков и К. Сарыкулаков учились в Верненской мужской гимназии. Последний закончил ее с золотой медалью и был отправлен учиться в университет за счет государства. Там же учился некогда и великий полководец и революционер

М. В. Фрунзе. Хорошо был образван Иманалы Айдарбеков, окончивший Пишпекскую сельхозшколу и Ташкенское училище гидромелиорации.

Сам Ю. Абдрахманов окончил начальную Сазановскую русско-туземную школу, затем проходил различные марксистско-ленинские курсы. Писал и говорил по-русски великолепно, обладал мощным интеллектом и высочайшей энергетикой и харизмой. Был автором свыше 100 научных работ и публикаций.

По социальному положению. Немногие политики состояли на службе в царской администрации и имели опыт управленческой работы. Наибольших успехов в карьере достигли Джайнаков, А. Сыдыков и И. Айдарбеков. Джайнаков достиг поста помощника и переводчика Семиреченского областного губернатора, А. Сыдыков – помощника уездного начальника. 

Все политики как на подбор были аскетами и бесеребрениками. Личного имущества и богатства не имели, кроме конфискованных во время ареста библиотек, книг и рукописей. Среди книг – томики Маркса, Ленина, Сталина. Характерная запись, сделанная лично рукой арестованного С. Лепесова – «кроме книг, ничего не имею». Нет ни домов, ни земельных участков, другого имущества, денег, драгоценностей. Когда многодетный нарком юстиции Таш Худайбергенов привез из командировки в Москву вместо гостинцев детям (9 детей) два чемодана книг, жена его расплакалась от отчаяния. Денег не хватало даже на еду детям.

По политическим взглядам. Мировоззрение политиков было очень пестрым. Последовательных большевиков и коммунистов среди них практически не было. Да и где им быть в аграрно-колониальном крае? Поэтому идеологически чистых, незапятнанных коммунистов не было.  Их всегда обвиняли в каких-то уклонах – «правых», «левых», «националистических». Отдельные политические персоны дали свои имена отдельным направлениям в политике. Наиболее опасным, например, уклоном считалась «сыдыковщина», по имени А. Сыдыкова, и «абдрахмановщина» (Ю. Абдрахманов). Их обвиняли в «правом» или «буржуазно-националистическом» уклоне. Потом по степени опасности назывался «левый уклон» и такие течения внутри него, как «худайкуловщина» и «бабахановщина» (по имени ответственных работников Рахманкула Худайкулова и Дуйшеналы Бабаханова). Все партийные и советские работники, за редким исключением, были в составе этих двух основных фракций, которые вели борьбу между собой за политическое влияние на кремлевских большевиков и население. В зависимости от уровня образования и по отношению к тому или иному вопросу их можно весьма и весьма условно разделить на либералов и социал-демократов. Но все они были более или менее твердыми и последовательными пантюркистами и панисламистами.

Взгляд на будущее Кыргызстана. Большинство политиков одно время считало, что кыргызы и казахи должны объединиться в одну республику «Алаш» (имя общего предка тюрков) в составе федеративной демократической Российской Республики. Когда эта идея не была реализована (в 1920 г. большевики образовали Казахскую АССР), большинство кыргызских политиков взяло курс на создание своей национальной республики. Причем, они видели Кыргызстан как суверенную республику даже тогда, когда у нее был статус автономной области, а затем республики. Другая часть политиков (Бабаханов, Худайкулов, Тойчинов и некоторые др.) видели Кыргызстан в составе Казахстана.

Резюме. Общий анализ биографий кыргызских политиков начала 20 в. дает возможность сравнить их с общим политическим портретом начала 21 в., когда Кыргызстан обрел национальную независимость. Несмотря на то, что наши современники могут дать им фору по образованию, тем не менее, по своему аскетизму, мощной нацеленности на получение знаний, этическим и моральным качествам, наше поколение далеко отстало от своих предшественников. Практически многие из них погибли в годы массовых репрессий по обвинению в контрреволюции (ст. 58 УК РСФСР). Практически не было обвинений в хищениях, должностных злоупотреблениях, коррупции и взяточничестве, в отличие от нынешнего поколения политиков. Поколению 20-30-х годов пришлось взять управление над аграрной страной в неимоверно тяжелых экономических и политических условиях. Везде царила послевоенная разруха, голод, нищета, отсутствовали подготовленные кадры. У первых управленцев Кыргызстана не было практически ничего, что есть у нынешнего поколения правителей (высшего образования, компьютеров, телефонов, статистических институтов, вузов, НИИ, которые могли бы подготовить любую справку, документ…). И, тем не менее, они справились с текущими задачами. Благодаря своему сильному духу и патриотизму, бесеребреничеству, они за короткий срок подняли страну с нуля, создали основы современной экономики, социальную сферу, науку, образование, подготовили тысячи работников народного хозяйства, создали основу для провозглашения государственной независимости, живота своего не жалели ради своего государства, невзирая ни на какие трудности и опасные преграды. Они не делились между собой на северных и южных политиков, а ценили друг друга за деловые и профессиональные качества, приводили к власти умных и способных. Благодаря им в политику пришла талантливая молодежь – Э. Эсенаманов, С. Тынаев, Т. Джолдошев, Т. Айтматов, Б. Исакеев,

К. Шоруков и многие другие, которые «могли бы украсить собой любое правительство любой страны». В 20-е годы на волне февральской, а затем октябрьской революции появилась талантливая плеяда кыргызских руководителей, которые являются лучшими образцами героизма и самопожертвования во имя людей и своей страны.  И сравнивая их дела, поступки и жизнь, с делами, поступками и жизненными целями нынешних политиков, за редким исключением, язык не поворачивается сказать, что это сравнение идет в пользу нынешних поколений политиков.

Зайнидин КУРМАНОВ,
д.и.н., профессор

26 января 2012 г.