Евгений САТАНОВСКИЙ: «Американская миссия в Афганистане провалилась, талибы возвращаются к власти»

Евгений САТАНОВСКИЙ: «Американская миссия в Афганистане провалилась, талибы возвращаются к власти. Никакой демократии там не существует. Доминирует политический исламизм вместе с наркоторговлей»

В 2014 году войска США покинут Афганистан. Наряду с этим нарастает степень военно-политического сотрудничества со странами ЦА. Что сулит государствам Центрально-Азиатского региона тесное сотрудничество с США? Об этом и многом другом корреспондент «ОР» беседует с президентом Института Ближнего Востока Евгением САТАНОВСКИМ.

США – АФГАНИСТАН

– Евгений Янович, выводы доклада, подготовленного правительством США, гласят, что большинство американских проектов по восстановлению Афганистана отстают от графика и не будут закончены к тому моменту, когда войска США покинут страну в 2014 году. Как вы полагаете, окажется ли американская миссия США в Афганистане безрезультатной?

– Американская миссия в Афганистане провалилась, талибы возвращаются к власти. Никакой демократии там не существует. Доминирует политический исламизм вместе с наркоторговлей. В руководстве сегодняшнего Афганистана на уровне производства и торговли тяжёлыми наркотиками задействована большая часть губернаторов и значительная часть ближайшего окружения президента Х. Карзая, включая его ближних родственников.

– США активно наращивают темпы военно-политического сотрудничества с государствами Центральной Азии. Так, заместитель госсекретаря США по странам Южной и Центральной Азии Роберт Блейк сообщил, что администрация Барака Обамы запросила у Конгресса на 2013 финансовый год увеличение военной помощи для Центральной Азии. Как вы полагаете, будет ли США наращивать степень своего присутствия в ЦА?

– США будут пытаться наращивать степень своего военного присутствия в ЦА, поскольку, провалив Афганистан, им надо где-то базироваться. Надежда на Пакистан чрезвычайно зыбкая. Поэтому в качестве партнёров остаются только республики Центральной Азии, а вот в какой мере эти планы реализуются, зависит от самих стран Центральной Азии.

– Особую озабоченность вызывает активизация и распространение исламского радикального сообщества в Центрально-Азиатском регионе…

– Исламисты, вне зависимости от того, где они действуют – в ЦА, российском Татарстане или Северном Кавказе, – преследуют цель распространения ислама и ликвидации местной власти. К примеру, группировки, действующие на территории Узбекистана, опираются на различные этнические структуры. И это, в первую очередь, системное проникновение радикального ислама из Афганистана и Пакистана. Совершенно неважно, является ли эта группа «Хизб ут Тахрир» – наиболее серьёзная из группировок – или какие-то другие. Здесь важен этнический фактор. Деятельность этих группировок тесно связана с наркокартелями и криминалом. В этом плане Ферганская долина – наиболее уязвимое место в Узбекистане с точки зрения радикального исламизма, что хорошо известно местным властям. В конце концов, мятежи там были и в 60-е годы. События начала 2000-х годов И. Каримову пришлось гасить вооружённой силой при тяжёлых дипломатически последствиях, поскольку это было расценено как нарушение прав человека в США и Евросоюзе. Но это уже отдельная тема. Давление нарастает, так как американцы, уходя из Афганистана, проигрывают исламистам и оставляют их с развязанными руками по всему региону.

– Сможет ли режим Х. Карзая устоять, когда останется один на один с талибами?

– Карзай и не пытается противостоять, и не пытался этого делать никогда. Он предпочитает договориться с талибами. Талибам же сам Карзай совершенно не нужен. Шансов у него очень мало. И гораздо меньше, можно сказать, чем у Наджибуллы. Последний хоть подержался пару лет.

СИРИЯ

– По-прежнему сложной остаётся ситуация в Сирии. Возможна ли «гуманитарная интервенция» внешних сил на территорию Сирии?

– Я не понимаю, что такое «гуманитарная интервенция», как не понимаю я и много других спекулятивных фраз, которые используются международной мафией, сидящей в ООН и не сидящей в ней. Интервенция не может быть гуманитарной. У военной интервенции шансов мало, поскольку не за горами война с Ираном и никто не станет тратить силы на войну ещё и с Сирией. Да и не очень-то понятно, хватит ли этих сил. У европейцев их нет. США не готовы на прямое военное вмешательство как минимум до президентских выборов. Если американцы ударят по Сирии до президентских выборов, то тогда не очень понятно, в чём различие между Обамой и Бушем. К примеру, Буш без санкции ООН напал на Ирак. Так и Обама – без санкций ООН, а он их, безусловно, не получит – нападёт на Сирию? Это чрезвычайно вредно для его президентской кампании. Ну разве что случится что-нибудь уникальное – «Аль Каида» начнёт брать под контроль склады с химически оружием. Тут уж США вместе с Израилем неизбежно придётся вмешаться. Турция тоже не будет воевать с Сирией без блока НАТО в целом, поскольку у Эрдогана тяжёлые отношения с собственным генералитетом, который он постепенно сажает. Кроме того, у него курды в тылу. Эрдоган не станет рисковать партизанской войной на территории Турции ради удовлетворения своих амбиций или амбиций своих партнёров по Персидскому заливу. Партнёры же по Персидскому заливу сами по себе воевать не могут. Попытка втянуть в войну с Сирией Иорданию и Марокко, силы которых имеют облик армии, провалились. Оман и Рабат не хотят воевать с Сирией за Катар и Саудовскую Аравию. Так, шансы на военную интервенцию чрезвычайно малы, даже если забыть об экономике. Поскольку в рамках кризиса, банкротства европейских экономик воевать против Сирии притом, что война в Ливии показала абсолютную ущербность блока НАТО, не очень понятно. К тому же война не даёт шансов победить на выборах. Вот Саркози победил Каддафи. Помогло ли это ему одержать победу на президентских выборах? Такого рода примеры вполне понятны. Таким образом, Европа сама по себе тоже воевать не будет. Тогда объясните, кто остаётся? Израиль Асада свергать не будет. Он им не мешал и не мешает.

– Как вы полагаете, справится ли Асад с вызовами?

– Бесполезно давать прогнозы в рамках гражданских войн. У режима есть шанс устоять, если он дотянет до начала большой войны заливников с Ираном. Тогда будет не до него. В конце концов, в мире есть Северная Корея, Вьетнам, который умудрился выиграть войну с Америкой при поддержке извне. Есть масса других ситуаций, при которых тот или иной режим стоит десятилетиями, когда его давно похоронили.

– Вы затронули тему возможной войны с Ираном…

– Я говорил о неизбежной войне с Ираном.

– Когда она может начаться?

– Наиболее вероятно – от января до июля следующего года. Менее вероятно обострение, которое может привести к военной ситуации в районе сентября-октября, во всяком случае сего года. Рахбар А. Хаменеи на состоявшемся недавно заседании с высшим военным руководством Ирана велел готовиться к войне в течение нескольких недель.

– Кто будет воевать против Ирана? Израиль? Саудия?

– Израиль не будет воевать вместе с Саудией. Мечта Саудовской Аравии – натравить евреев на шиитов и радостно смотреть, как они воюют, при этом оставаясь в стороне. А потом добить того, кто уцелеет. Это мечта той группировки, которая сегодня командует королевством. Но израильтяне это тоже прекрасно понимают. Это нерешаемые вопросы в рамках исламского догмата, уммы у Саудовской Аравии с Ираном, в значительной мере с Катаром, который держится за спиной Саудии, успешно притравливая на Иран всех, кого может. С эмиратами есть территориальный спор по островам. Ещё раз повторяю, с аравийскими монархиями конфликт неизбежен. Выяснить, кто главный в исламском мире, кто главный на территории Персидского залива без войны невозможно. А кто будет воевать, увидим. Америка будет воевать в любом случае. Война может развернуться внезапно из-за конфликта на территории Йемена или Ливана, Сирии или Ирака. Здесь далеко не только Израиль является горячей точкой. Скорее арабский мир является плацдармом для конфликта.

– Какими последствиями может обернуться война?

– Если эта война не будет войной на территории, а она, скорее всего, не будет на иранской территории, потому что кто станет тем сумасшедшим, кто попытается оккупировать Иран, имея иракский опыт, имея афганский опыт. На расстоянии, дистанционно могут ударить по Ирану. При этом им никто и не нужен. Такого рода планы давно разработаны ещё при Буше. Будут ли они реализованы по 1-й, 2-й, 3-й категории – решит главнокомандующий США.

– Блокировка Ормузского пролива станет одной из ответных мер…

– Да, но кого это волнует?

– Прежде всего, пострадают ближайшие союзники США.

– К примеру, я являюсь гражданином России, и меня меньше всего угнетает повышение стоимости нефти. И я полагаю такое повышение чрезвычайно полезным для российского бюджета, поскольку нефть, идущая через Ормузский пролив, к России не имеет никакого отношения. А если наши конкуренты претерпят некоторый финансовый урон, то мне, разумеется, по-человечески их жаль. Только вот они нас никогда не жалеют, в том числе вытесняя «Газпром» с европейского рынка. Почему я должен ломать голову ради Катара, который выгоняет российского посла, побивая его ногами по голове в аэропорту, или ради Саудовской Аравии, которая финансирует всех моджахедов на нашей территории? Что касается европейского, японского, китайского рынков, то они берут достаточно большие объёмы нефти из персидского залива. Но если вы думаете, что США это остановит, то это ошибка. Наоборот, это только порадует американцев. Чего ради в рамках конкуренции США должны думать о европейцах, китайцах или японцах? На территории самой Америки запасы нефти и газа развёрнуты в таком объёме, что нефть из персидского залива самой Америке не нужна. Мало кто заметил, но на мировом рынке появилось гигантское количество угля. Это произошло потому, что впервые в истории уголь выброшен на мировые рынки американскими электростанциями, которые переведены на местный сланцевый газ. Поэтому саму Америку перекрытие Ормузского пролива мало беспокоит. Ну а если это плохо повлияет на её конкурентов, то когда и кого в США это волновало?

– Будет ли Израиль втянут в войну с Ираном?

– Израиль непременно будет воевать только в случае, если его заставят. Израиль не хочет воевать с Ираном и делает для этого всё, что возможно. В годы Ирано-Иракской войны даже были контакты с Аятоллой Хомейни. Тогда даже Иран опирался на Израиль в поставках запчастей для авиации и ракет. Но сегодняшнее руководство Ирана не может позволить себе того, что мог позволить Аятолла Хомейни, поскольку он был лидером Исламской революции. Поскольку Израиль является центром идеологической войны Ирана с окружающим пространством, то, к сожалению, Кум – религиозная столица и Тегеран – политическая столица не могут договориться с Иерусалимом. Если они наладят отношения с Израилем, то ортодоксальная часть электората отвернётся, а западники не повернутся, и тогда всё окажется в политическом тупике. Поэтому они этого не хотят. Но война Израиля с Ираном просчитана израильским руководством.

Беседовал Эрик ИСРАИЛОВ

22 август 2012 г.