САДЫР Аке

Продолжение.
Начало в №№ 32, 36, 37 (2013 г.), 1-2 (2014 г.)

Продолжаем публикацию очерков о жизни и деяниях выдающихся личностей, народных философов, мыслителей, провидцев, известных под именем Аке, составляющих гордость и славу нации – Карга Аке, Мойут Аке, Сарт Аке, Тилекмат Аке, Садыр Аке, Карач Аке и Кыдыр Аке.

В плеяде замечательных акынов, манасчи, Аке, которых взрастила иссыккульская земля, достойное место занимает и саяк Садыр Аке. По санжыра, его предки пришли с юга. Кудаш бий – Кожояр – Асказан – Кулук – Авилет – Майназар – Жолболду – Садыр Аке. Он родился в 1821 году. С детства отличался умом, восприимчивостью к знаниям и хорошей памятью. В жизни ему пришлось преодолеть немало трудностей, которые закалили его. С годами Садыр Аке приобрел не только житейский опыт, но и, постоянно находясь в гуще людей, развил природные таланты, став мудрым правителем, справедливым судьей и миротворцем.

«Что может быть достойнее, когда ты живешь честно, не позоришь свое имя, прямо смотришь в глаза людям?! – говорил Садыр Аке. – На этом свете есть три достоинства. Первое достоинство – это когда твои потомки растут человечными, живут, не позоря тебя, благими делами славят твое имя. Второе достоинство – это превосходство лачуги бедняка перед чертогами правителя, от которого нет пользы для народа. Третье достоинство – это незаметное существование мыши по сравнению с алчным тигром».

Несмотря на то, что его семья жила в достатке, трудолюбивый Садыр Аке как мог помогал родителям, сеял пшеницу, ухаживал за скотом. В течение многих лет он присматривал за табунами Ныша бая из рода шапак племени бугу. Лишь позже, перешагнув за тридцать, Садыр Аке становится болушем (волостным).

Осенью 1865 года по распоряжению правителей Семиречья в местности Кызыл-Саз проводилось большое собрание бугу и сарыбагышей. Запоздавшего Садыр Аке с почетом встретили Шабдан баатыр, Байтик баатыр, Жангарач бий и Кыдыр Аке. День прошел за беседами, собравшихся потчевали угощениями, был вдоволь мяса и кумыса. Собрание началось на следующий день. Сидевший возле Шабдан баатыра некий Баяке, один из его приближенных, высокомерно спросил:

– Кто это? – показывая пальцем на Садыр Аке. На что тот мгновенно ответил:

– В отличие от тебя, пришлого раба, служащего тому, кто приютит, я болуш Садыр из видного рода саяк, живущего на благодатных землях Кызыл-Кия и Санташа, богатого привольными лугами Кой-Таша. Моего отца зовут Жолболду. «Билсен саякмын, билбесен башына тийген таякмын».

– Ай, молодец Садыр! Поделом ему, поделом. Он получил, что заслужил, – воскликнул Шабдан баатыр, чувствовавший себя неловко в создавшейся ситуации. Баяке пристыженно молчал. А все собравшиеся от души смеялись, восхищенные ответом Садыр Аке.

На этом собрании многие, в том числе представители родовой знати, с напряженным вниманием ждали решения своих требований, и Садыр Аке не обманул их ожиданий, высказав справедливые суждения, показав умение глубоко разбираться в существе дела.

В один из дней болуша Садыр Аке пригласили в гости. В доме некоего Чомоя сына Алдаяра собрались видные представители рода белек во главе с Муратаалы бием. Опоздавшему Садыр Аке, несмотря на его высокую должность волостного, бий молча указал место пониже сидевшего рядом с ним старца. Когда подали подносы с мясом, тот старец взял один кусок, попробовал, придвинул к себе, а затем вновь потянулся и выбрал мясо пожирнее. Садыру Аке, недовольному оказанным почтением, только этого и не хватало:

– Что, кроме тебя, никому  не хочется мяса пожирнее? Убери свои костлявые руки. Я принял тебя за старика-саяка, еще не нашедшего пристанища, а ты, оказывается, недостойный старик, которому позволили сидеть рядом с белекскими вождями, но которого не пускают в общий круг.

Все это он говорил, глядя на Муратаалы бия. Тот устыдился, подошел к Садыр Аке, взял его под руки и проводил к своему дасторкону, где сидела родовая верхушка. Может быть, это житейский случай, но он показывает, что Садыр Аке имел собственное достоинство, уважал свое положение.

Вспоминают, как он разрешил трудный случай. Дело было осложнено тем, что в основе иска лежал обман. Один казах, орудуя шилом, случайно выколол себе глаз. Держа в руках вытекший глаз, он сел на коня, напал на группу подростков и стал хлестать их камчой. Получив ответный удар, он упал с коня и стал кричать: «Он выбил мне глаз».  Через два дня встретились представители кыргызской и казахской верхушки, чтобы обсудить произошедшее и вынести решение. Тогда Садыр Аке, выслушав объяснения сторон, сказал: «Эх, бедолага казах, пусть бы они выбили тебе и второй глаз, ты заслуживаешь этого». После этих слов казах упал в ноги Садыр Аке и признался в том, что оклеветал ребят и попросил их оправдать.

После проведения поминок по хану Жантаю власть перешла к его сыну Шабдан баатыру. Объявив о том, что он собирается объединить всех северных кыргызов, Шабдан баатыр созвал большое собрание. Местом схода выбрали местность Чекилдек в Кочкоре. Подготовку поручили известному баатыру Чоко из рода сарыбагыш. За неделю до намеченного события он прибыл с грузом на повозках, и работа закипела. Вдоль реки протянулась цепочка белоснежных юрт, которые красиво обставили и украсили. Приготовили живность, установили казаны, запасли различные яства, даже доставили южные дыни и арбузы, сладкие фрукты. Завершив все дела, Чоко баатыр улегся отдохнуть в самой большой, празднично убранной юрте, предназначенной для знатных гостей.

Он гордо возлежал на стопке одеял, когда прибыли Садыр Аке, Шабдан баатыр, Байтик баатыр, Жангарач бий, Алымбек датка и другие именитые гости. Садыр Аке обратился к Шабдан баатыру: «Зачем вы положили сюда, где будет проходить собрание, этого больного или раненного? Или не осталось места, куда можно поместить больного, брат Шабдан?» Не дожидаясь ответа, он продолжил: «Надо было найти для этого хворого юрту или палатку, чтобы не мешал нашим делам». Шабдан и Байтик и сами были недовольны поведением Чоко баатыра, но не осмелились ему что-либо сказать, лишь когда пристыженный батыр сам вышел из юрты, они выразили опасение, как бы чего не вышло. Садыр Аке успокоил их, убедив, что баатыры так не поступают и что он сам осознает это.

В течение недели, пока проходило собрание, Чоко баатыр не показывался на глаза гостям. При рассмотрении важных вопросов вновь Садыр Аке блеснул красноречием и мудростью, заставив прислушаться и биев, и батыров. Перед отъездом гостей Чоко баатыр в сопровождении Шабдан баатыра и Байтик баатыра предстал перед Садыр Аке.  С виноватым видом он попросил прощения: «Я был неправ. Ведь и дневал, и ночевал здесь, чтобы только лучше подготовиться к торжественному событию. Одним поступком я стер все свои заслуги. Но что было, то было. Прошу вас быть моим гостем, посмотрите мои земли, мое хозяйство». Садыр Аке ответил согласием. Чоко баатыр оказал ему большие почести, одарил подарками. Перед тем, как попрощаться, батыр и его жена Жаркын попросили у него благословения: «Садыр Аке, мне уже сорок пять, женаты мы уже двадцать лет, а детей у нас нет. Очень хотим иметь детей. Возьмите с собой этого коня, дайте нам свое благословение». Садыр Аке дал свое благословение, а от коня отказался, сказал, лучше зарезать его в честь рождения сына, которому просил дать имя Казы. Не прошло и года, как у Чоко баатыра родился сын, имя ему, помня о завете Садыр Аке, дали Казы. В будущем Казы стал настоящим сыном народа, за свою мудрость и справедливость неоднократно избирался бием. Вот такой была сила благословения Садыр Аке.

Когда во второй половине 60-годов XIX века Китай стал предъявлять территориальные претензии, встала угроза потери исконных кыргызских земель. Русская администрация создала специальную комиссию, которую возглавил полковник Колпаковский. Он должен был включить в состав комиссии представителей местного населения. От иссыккульских кыргызов в комиссию вошли Садыр Аке и Кыдыр Аке, от чуйских кыргызов – Шабдан баатыр, от племени солто – Чолпонкул. Садыр Аке попросил полковника Колпаковского защитить интересы кыргызов, взять за основу карту границ, составленную Семеновым-Тян-Шанским и

Н. М. Пржевальским. Три дня длились в Ташкенте переговоры с китайской стороной, никто не хотел уступать, каждый приводил свои аргументы. Кыргызы справедливо настаивали на том, что местности Кашгар, Уч-Турпан, Какшаал, Кызыл-Суу, Улуу-Чат, Ак-Чий с древности принадлежали кыргызам, о чем говорят и названия. Но Китай все же был великой державой, поэтому русской администрации приходилось договариваться, учитывать мнение большого соседа.

Но заслуги Садыр Аке в отстаивании кыргызских границ заслуживают глубокого уважения. Это признавал и сам Колпаковский, и остальные члены комиссии.

После смерти сына Тилекмата Аке Чыныбая, бывшего помощником уездного начальника, его похоронили с почестями, памятуя о заслугах отца. Шло время, наступал срок проведения годовых поминок – аша, но близкий родственник покойного Балтабай бай, судя по всему, не торопился проводить аш. Даже обращение матери Чыныбая Кенжеке к нему не подействовало. Прослышав об этом, в дом к Балтабаю наведались видные люди во главе с Кыдыр Аке. Но и им своенравный бай отказал, посоветовав провести аш скромно, забить несколько овец-коз и прочитать куран.

Когда вести о проделках Балтабая дошла до Садыр Аке, тот немедленно собрался в путь. Но прежде он направился к Омурзаку, сыну манапа Боромбая, жившему на берегу Жыргалана. Когда был жив Боромбай, вокруг Омурзака всегда толпились люди, а после кончины отца он вдруг остался один. Омурзак поделился с Садыр Аке своими мыслями: «Балтабай сейчас кичится своим богатством, мнит себя наравне с Богом. Даже брату своему не хочет справить поминки, хотя у него много скота и посевов, обзывает его «рабом, обменянным на чыгдан». Вы вовремя приехали, Садыр Аке. Вы уж поезжайте к этому чванливому пустомеле, вразумите его».

Приехав в айыл Чыныбая, Садыр Аке остановился в его доме, прочитал заупокойную молитву и послал за Балтабаем. Балтабай, понимая, что неспроста приехал Садыр Аке, прибыл вместе с гонцом. Увидев молчавшего Садыр Аке, напуганный его грозным видом, Балтабай после приветствия обратился к нему: «Могли бы известить о своем приезде, уважаемый аксакал. Заранее подготовился бы». На что Садыр Аке заметил: «Обо мне не надо беспокоиться, вот уже год проходит, а поминки по Чыныбаю не проведены». Балтабай заюлил: «Проведу, проведу, Садыр Аке. Кто говорит, что не проведу?»

– Хорошо. Это слово мужа. Тогда лучше, наверное, провести аш, когда всего будет в изобилии. А чем мы тебе можем помочь, в чем есть нужда?

– Какая нужда, уважаемый Аке? Сам все обеспечу. Ни о чем не беспокойтесь. Надо будет, на аш всех лошадей иссыккульских бугу выставлю. Эти опрометчивые слова Балтабая подхватил Садыр Аке:

– Посмотрим, как ты выставишь. Завтра пригласи Кыдыр Аке, Сооданбека, Баатыркана, Сарыбая и других видных людей. Надо посоветоваться. Сын Чыныбая уже вырос, как ты думаешь, не избрать ли нам его болушем, народ, наверное, не будет против?».

– Да кто будет против? Даст Бог, изберем болушем.

– По пути сюда я заезжал к Омурзаку. Ему сейчас трудно живется. Помоги ему скотом, да отправь-ка его в хадж, получишь его благословение.

– Все исполню, Садыр Аке.

Назавтра, когда прибыли все приглашенные, Садыр Аке обратился к ним с речью: «Только вчера мы гордились манапом Боромбаем, Мойут Аке и Тилекматом элчи, Муратаалы бием, Алыбеком и Балбаем, слава наша гремела на всем пространстве от Казахстана до Китая. Не измельчали ли мы? О, наши великаны духа, славные люди, теперь уж вы не вернетесь!» Затем он посмотрел на сидящих Кыдыр Аке и Балтабая. По его предложению Балтабая провозгласили ханом племени бугу. Кыдыр Аке, Сооданбек, Омурзак и Жоломан вчетвером трижды подняли на белой кошме Балтабая. Садыр Аке призвал всех подчиняться новому хану, обращаться к нему со всеми жалобами и просьбами. А ему пожелал честно и от души служить народу, стать достойным ханом.

Осенью пришло время аша по Чыныбаю. Хан Балтабай пригласил наряду с Садыр Аке всех видных и мало-мальски заметных бугинцев, представителей всех иссыккульских родов, кроме того, гонцы были направлены в Чуй, Талас, Жумгал, Кетмен-Тобо, Ош, Алай, Олуя-Ата, Ташкент, к казахам и калмакам. На скачки выставлялись шестьдесят скакунов, в том числе «Каракашка» Чыныбая, «Тайкашка» Кыдыр Аке. Кыдыр Аке и поручили подготовить обоих скакунов. Приз за победу насчитывал тысячу лошадей. Первым пришел Каракашка, вторым – Тайкашка, третьим – Жезбилек, четвертым –Телтору. Таким образом весь приз достался бугинцам. Как оказалось, один из фаворитов скачек скакун Байтик баатыра Керкашка был отправлен на большой той, проходивший на юге страны.

Садыр Аке умер в 1905 году в возрасте 84 лет. Он прожил славную жизнь, оставшись в памяти людей философом и мыслителем, источником мудрости, справедливым человеком, больше думавшим о благе простого народа, чем о чинах и должностях, славе и богатстве. Садыр Аке похоронен вблизи села Кожояр, а кумбез установлен в 1991 году самом селе. Его могут видеть все проезжающие по трассе.

На одном из больших собраний племени бугу на берегу реки Жыргалан к людям обратился Тилекмат элчи: «Если мы назовем Мойут аба и Садыр аба именем Аке, разве это не будет справедливо? Имя их, как и славные дела их будут жить в веках». Все в едином порыве одобрили это предложение. Уже в течение двух веков живет в народе память об этих удивительных людях, носящих имя Аке, что созвучно понятиям совесть, справедливость, мудрость.

Более подробно о Садыр Аке можно прочитать в книге Кубана Мамбетова “Ысык-Колдун даанышман акелери”.

Темирбек МАМАТКАНОВ

30 января 2014 г.