Главная, Новости, Газета, RSS, Старая версия

Россия в Центральной Азии: возможности и перспективы

16/01/06 - 12:04

Читая многочисленные публикации на тему резкой геополитической переориентации Центральной Азии в пользу России в 2005 году, я подумал: а была ли эта смена ориентиров?

На самом деле, довольно круто свои внешнеполитические предпочтения изменило только руководство Узбекистана (заметьте, я имею в виду именно руководство, а не общество Узбекистана, продолжающее ментально ориентироваться на Россию). Другие страны Центральной Азии не были замечены в геополитических метаниях, каждый из них продолжал свой неповторимый путь развития.

Конечно, можно было бы с важным видом порассуждать о значимости Узбекистана как государства, влияющего на ситуацию в Центральноазиатском регионе. Но однозначно ясно, что слабое государство, каковым является Узбекистан в силу своего тоталитарного внутриполитического режима с командно-административной экономикой, не может серьезно влиять на региональные дела. Расположение республики в центре региона, обладающего высоким конфликтогенным потенциалом, отсутствие прямого выхода к морям (через территории третьих стран) осложняют проведение самостоятельного внешнеполитического и внешнеэкономического курса. Неоднозначные отношения Узбекистана с соседними республиками также снижают эффективность его внешних усилий.

Россия не уходила из Центральной Азии. Скорее всего, речь можно вести о приходе США в данный регион и появлении определенного баланса между двумя крупнейшими геополитическими игроками на так называемой азиатской "шахматной доске".

Виртуальная смена ориентиров

Америка не доминировала в регионе Центральной Азии, и не стремится к этому. Ярким доказательством этого является то, как США вели себя в Узбекистане. Интересы Соединенных Штатов в Узбекистане ограничивались рамками их военной авиабазы в Ханабаде. Америка практически не вмешивалась ни в социально-экономическую, ни в политическую жизнь республики. Несмотря на присутствие американцев в Узбекистане (2001 - 2005 гг.) продолжалась активизация внешних и внутренних оппозиционных сил, совершавших вооруженные вылазки в республике. Узкий интерес США к Узбекистану означал отношение к республике как к геостратегическому передовому пункту базирования своих вооруженных сил.

Принято считать, что, начиная со второй половины 2005 года своё влияние в Центральной Азии и Узбекистане начинает укреплять Россия. Был подписан российско-узбекский Договор о союзнических отношениях, Узбекистан дал согласие на вхождение в ЕврАзЭС, возможно вернется в ОДКБ. Однако все эти хаотические внешнеполитические телодвижения руководства Узбекистана не влияют на суть, которую упорно не замечают многие эксперты:

1) Скорее всего, речь идет о возвращении российского интереса к центрально-азиатскому региону. Долгое время с трудом можно было говорить о какой-то продуманной российской стратегии в этом регионе.

2) Возвращение интереса России к Центральной Азии было вызвано именно приходом в данный регион США. Российская правящая элита поняла, что может потерять ЦА, а с ней и богатейшие сырьевые ресурсы региона. Но, с другой стороны, Россия не заинтересована в полном уходе США из региона, так как не желает, да и не в силах, взять на себя всю полноту ответственности за ЦА, и стремится создать более благоприятную почву для взаимодействия с Соединенными Штатами. В частности, доказательством этому является стремление России к сотрудничеству между ОДКБ и НАТО. В настоящее время это вовсе не та большая игра, которая велась в 19 веке. Наличие баллистических ракет с ядерными боеголовками среднего и дальнего радиуса действия у ряда стран региона лишает актуальности такое понятие как доминирование. А общность угроз делает необходимым международное сотрудничество между ведущими державами мира в борьбе с ними.

3) Россия не уходила и из Узбекистана! Нужно отметить тот факт, что Узбекистан находится в российском информационном пространстве. Большинство жителей республики скорее поймет русский язык, нежели английскую речь. Да и 75-летнее совместное проживание тоже оказывает своё влияние. Можно сказать, что Узбекистан являлся своего рода бывшей колонией России, и впитал в себя не только русский язык, но и определенный менталитет. Именно поэтому Россия имеет больше шансов на усиление своего, имеющего многолетнюю историю, влияния в Узбекистане, чем Америка.

Только бизнес! Ничего личного!

Однако, как представляется, не стоит питать радужных иллюзий от пресловутого возвращения России в Узбекистан! Россия возвращается более прагматичной: теперь это не бывший донор, а партнер, ищущий выгоду.

Теперь Россия, как это ни странно, также как и США, не стремится к геополитическому доминированию в Центральной Азии. Достаточно вспомнить слова президента России Владимира Путина, заявившего, что Россия будет играть конструктивную, но посредническую роль на постсоветском пространстве. "Мы не готовы, не хотим и не будем брать на себя ответственность за полное решение конфликтов, - заявил президент. - Мы не согласны, чтобы какая-либо из сторон перекладывала ответственность за разрешение кризисов на Россию. Не хотим, чтобы создалась видимость, что то или иное решение было принято под давлением российской стороны".

Пока наибольший интерес в Центральной Азии Россия проявляет к объектам военного стратегического назначения и инфраструктуре, связанной с энергоресурсами. Экономику Узбекистана активно осваивают такие крупные российские компании как "Газпром", "Лукойл", "Итера", планирующие вложить в энергосектор республики свыше 2,2 млрд. долларов. На этом фоне мизерными выглядят инвестиции в узбекскую экономику российских компаний "Вимм-Биль-Данн", Черкизовского мясо-молочного комбината и российской компании сотовой связи Golden Telecom (в сумме - чуть больше 21 млн. долл.).

Подписанный 16 июня 2004 года Договор о стратегическом партнерстве между Россией и Узбекистаном определяет магистральные направления экономического сотрудничества: топливно-энергетический комплекс; энергетика; мирное использование атомной энергии; транспорт и коммуникации; авиастроение; банковская сфера. Что касается транспорта и коммуникаций, то Россия в первую очередь будет развивать транзитную сеть нефте- и газотрубопроводов, а также остальную коммуникационную инфраструктуру, связанную с транспортировкой энергоресурсов. Относительно авиастроения, компетентный источник в правительстве России не исключил, что, возможно, будет рассматриваться вопрос о передаче единственного в Центральной Азии авиационного завода в Ташкенте в собственность России в счет погашения государственного долга Узбекистана.

Упомянутый Договор о стратегическом партнерстве между Россией и Узбекистаном также юридически обосновывает возможное создание в Узбекистане российской военной авиабазы, которая формально будет считаться базой ОДКБ. Статья 8 Договора гласит: "В целях обеспечения безопасности, поддержания мира и стабильности Стороны в необходимых случаях предоставляют друг другу на основе отдельных соглашений право использования военных объектов, находящихся на их территории". А ещё раньше, 16 февраля 2004 года президент РФ подписал распоряжение №65-рп, которым, в соответствии с предложением Минобороны России, согласованным с Узбекистаном, снимается пометка "Для служебного пользования" с "Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Узбекистан о совместном применении Военно-воздушных сил Российской Федерации и Войск противовоздушной обороны и Военно-воздушных сил Республики Узбекистан в интересах обеспечения безопасности воздушного пространства Российской Федерации и Республики Узбекистан от 19 октября 2001 года". 16 июня того же года Владимир Путин подписал Федеральный закон о ратификации данного соглашения, принятый Государственной Думой 2 июня 2004 года и одобренный Советом Федерации 9 июня 2004 года. В начале декабря 2004 года между государствами состоялся обмен ратификационными грамотами по упомянутому Соглашению.

Такие же интересы преследует Россия и в других республиках Центральной Азии. Достигнуто соглашение о полном урегулировании государственной задолженности Таджикистана перед Россией, в соответствии с которым 242 млн. долл. таджикского долга будут урегулированы в обмен на расположенный в Таджикистане стратегический оптико-электронный комплекс "Окно" в Нуреке, 50 млн. будут конвертированы в российскую собственность в ныне строящейся Сангтудинской ГЭС с предоставлением России соответствующего пакета акций. Кыргызстан продаст российским компаниям госпакет акций завода "Дастан". Это единственный завод в СНГ, производящий ракетоторпеды ВА-111 "Шквал". В ближайшее время ожидается начало продажи этих ракетоторпед на экспорт.

В целом же, политика России направлена на активизацию военно-политического сотрудничества в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Это может усилить доминирование российских военных стандартов в Центральной Азии, что не выгодно Западу. Однако, страны центральноазиатского региона, видимо, готовы пойти на такое сотрудничество, что вызвано необходимостью противостояния реальным угрозам: терроризму и экстремизму, наркобизнесу, транснациональной преступности.

Россия имеет больше козырей в центрально-азиатской игре

Центральная Азия, конечно, представляет стратегический интерес для Запада. Однако, ряд причин препятствует более эффективной реализации западной политики в регионе:

1) сохраняющийся сильный российский фактор (страны ЦА, несмотря на свою независимую политику, продолжают находиться в зоне российского влияния - общее информационное пространство, наличие в регионе крупных русскоязычных диаспор и пророссийских национальных элит, инерционность общественного мышления, сохраняющиеся культурные и экономические связи с Россией и др.);

2) наличие значительного количества проблем в странах ЦА, которые необходимо решать. Запад вряд ли прельщает необходимость решения таких проблем как низкий уровень социальной защищенности граждан, нищета, деградация здравоохранения и образования и др.;

3) некоторая инертность политического сознания населения стран ЦА. Для восточного менталитета характерно недостаточно развитое политическое самосознание. В свою очередь, это не дает возможности изменить инерционные модели государственного управления и развивать элементы демократии, к чему уже давно апеллируют настроения населения в странах ЦА;

4) немаловажным представляется и не совсем удачный опыт Запада в Афганистане и Ираке. США пока не удалось создать в этих мусульманских странах демократические режимы.

И хотя Пентагон планирует усилить свое военное присутствие в Центральной Азии, пока речь идет не об увеличении количества войск, а о повышении качества самого военного сотрудничества и баз, расположенных в Центральной Азии. Как заявил в этой связи министр обороны США Дональд Рамсфелд: "Мы не планируем создавать в Центральной Азии постоянные военные базы. Мы обсуждаем вопрос создания так называемых оперативных объектов. Это временные объекты, куда США и страны коалиции будут иметь периодический целевой доступ и где им будет оказываться поддержка". Естественно, что Запад не будет заниматься социально-экономическими проблемами стран, где расположены временные военные базы НАТО.

"Для России Центральная Азия имеет качественно иное понятие, чем для Запада. РФ связана с государствами Центральной Азии сотнями тысяч различных связей", - утверждает бывший министр внутренних дел РФ генерал армии Анатолий Куликов (Материалы Международной конференции "Предотвращение региональных конфликтов и продвижение стабильности в Центральной Азии и Афганистане", Ташкент, 22-23 ноября 2004 года).

Именно поэтому Россия имеет широкие возможности для укрепления своего влияния в Центральной Азии. Но для этого ей необходимо не ограничиваться вопросами энергетического и военно-политического сотрудничества, а участвовать в решении всего круга актуальных для данного региона проблем. Среди проблем, которые Россия может предложить для совместного решения, необходимо выделить:

1) проблемы региональной безопасности, борьбы с международным терроризмом и сепаратизмом, наркопреступностью;

2) экологические проблемы региона. Вопрос Арала требует неотложного решения. Более активная позиция России в реализации проекта переброски части стока сибирских рек в регион Центральной Азии могла бы обеспечить серьезное продвижение в решении данного вопроса.

В свою очередь, решение проблемы дефицита воды в ЦА помогло бы снять возможные в будущем предпосылки для возникновения так называемых водных конфликтов в регионе;

3) проблемы нелегальной миграции рабочей силы, теневых капиталов;

4) освоение внешних рынков, развитие транспортных коммуникаций, транзита энергоресурсов, занятие достойного места в иерархии международных отношений;

5) эффективное развитие интеграционных связей между странами СНГ;

6) решение проблем внутреннего развития отдельно взятого государства.

Из вышеперечисленного вытекает, что Россия имеет достаточно много точек общего соприкосновения интересов со странами региона.

Россия имеет в потенциале и низкозатратные механизмы реализации задач своего влияния в ЦА. Среди них:

1) возможность использования общего информационного пространства. Россия пока не использует целенаправленно имеющийся приоритет;

2) использование потенциала пророссийски настроенной части национальных элит стран региона. Необходимо учесть, что данный фактор имеет свои временные рамки: большинство общественности в странах ЦА ещё помнит о временах совместного проживания, однако уже подрастает молодое поколение, всё больше ориентирующееся на Запад;

3) оказание Россией технической и гуманитарной помощи странам ЦА. Например, Узбекистан испытывает потребность в модернизации своих ГРЭС и других народнохозяйственных сооружений, построенных российскими специалистами ещё в советское время. В свою очередь, это позволит загрузить производственные мощности российских предприятий и обеспечить занятость населения. Для получения рентабельности данных проектов возможен вариант долевого участия России в акционировании узбекских производственных объектов. Россия оказывает техническую и гуманитарную помощь Афганистану, Ираку и др. Конкуренцию России в данной области в ЦА всё больше составляют США, Япония и другие зарубежные страны, что снижает популярность России в регионе;

4) активизация гуманитарного сотрудничества России со странами ЦА. Развитие культурных связей может явиться благодатной основой для большего взаимопонимания, что, в свою очередь, повлечет усиление политического и экономического сотрудничества между данными странами;

5) втягивание стран ЦА во все организуемые Россией культурные и экономические мероприятия. Более частое общение на различных уровнях создаст необходимый фон для реального сближения национальных интересов;

6) использование пока ещё общего для России и стран ЦА менталитета, устоявшихся традиций и привычек, присутствия в регионе большого количества русскоязычного населения (не только представителей коренной, но и русской национальности);

7) активная политическая и организационная поддержка сохранившихся кооперационных хозяйственных связей между Россией и странами региона;

8) стимулирование участия стран ЦА в интеграционных группировках на пространстве СНГ;

9) опосредованное воздействие на страны ЦА через активизацию российского сотрудничества с сопредельными с ними странами (Китаем, Ираном, Пакистаном и др.) и использование их влияния в регионе. Крупные государства региона исходят из общности региональных проблем;

10) активное развитие военно-технического сотрудничества России с Малайзией, Индией, Китаем, Вьетнамом, Объединенными Арабскими Эмиратами и другими странами региона. Создание региональной зоны российских стандартов вооружений, охватывающей страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока, позволит охватить полукольцом страны Центральной Азии, создав трудности для распространения в регионе ЦА западных стандартов вооружений;

11) стимулирование трудовой миграции из стран ЦА в Россию. Трудовые мигранты из южных государств СНГ готовы выполнять любую трудоемкую работу за весьма умеренную плату, на которую не соглашаются россияне. В практике трудовой миграции присутствует сильный политический компонент: люди, прибывшие в Россию зарабатывать на жизнь, более лояльно относятся к этой стране.

Россия ориентируется на продолжение сотрудничества с существующими властями государств ЦА, поддерживая дееспособность институтов государственной власти этих стран, и недопущение демократизации и либерализации режимов по западным стандартам. Аргументируется это тем, что в условиях наличия зон нестабильности в Центральноазиатском регионе, нередко отсутствия понимания цивилизованных демократических норм, активные либеральные процессы западного образца легко могут привести к дестабилизации положения в этих странах, что создаст широкий очаг нестабильности вдоль южных рубежей России.

Возможно, что ряд имеющихся в регионе Центральной Азии проблем Россия будет стремиться решать совместными усилиями, особенно с участием таких влиятельных государств как Китай, Иран и др. (Как отмечает заместитель директора Института востоковедения Министерства образования и науки Республики Казахстан Санат Кушкумбаев, "В силу того, что РФ не обладает достаточными экономическими ресурсами для поддержания своего геополитического влияния в ЦА, Москва разделяет с Пекином часть ответственности за региональную стабильность". "ШОС и ее значение для Центральной Азии. Государства ЦА после 11 сентября". Ерлан Карин, кандидат политических наук, 25.06.2004.). Участие в региональных процессах именно этих государств, связанных друг с другом и с другими сопредельными государствами Содружества региональными интересами, может дать наибольший эффект. (Бахтиёр Рашидов, независимый аналитик)

eXTReMe Tracker

eXTReMe Tracker