ОБ УЧЕНИКАХ, ВНУЧКЕ И БАБУШКЕ: ПОСТСОВЕТСКОЕ ВОСПИТАНИЕ В ПОЛОСКУ И КЛЕТОЧКУ

«Вы же не женщина, а тетрадь в клеточку!»

Слова ученицы, адресованные учительнице из кинофильма «Дорогая Елена Сергеевна»

Ей 72 года. Она учительница физкультуры в обычной средней школе рядового по-сёлка. Долгие сорок пять лет Валентина Петровна Леонидова обучала детей посёлка Шелехов. Успела поработать с тремя поколениями некоторых местных семейств. Но прославилась не этим.

А тем, что её три месяца избивали ученики-подростки. Которым достало и ума, и фантазии снять музыкальный видеоролик об экзекуции. Герои своего времени: бравые хлопцы, дружно изгаляющиеся над старушкой, страдающей провалами памяти. И снимающие об этом кино…

В самодельном видеоролике они, в общем, и не скрывают своих лиц. Их совершенно не смущает то, что они делают. Скорее даже они ждут аплодисментов и славы. А иначе, зачем было размещать кадры избиения учительницы в Интернете и распространять среди других школьников, переписывая с мобильника на мобильник? Они ожидали поощрения в форме признания их талантов и удали. Похоже, что они предвосхищали не наказание за совершённое преступление, а положительную реакцию и популярность.

Почему? Потому что они не первые и, наверняка, не последние. Покопайтесь полчаса в русскоязычном сегменте Всемирной паутины. Загрузите в поисковую строку словосочетания вроде «избили одноклассники», «школьники дерутся» или что-нибудь в этом роде. Вы утонете в количестве сайтов с описаниями и изображениями подростковой жестокости. Эти малолетние персонажи не просто колотят и унижают друг друга. Они старательно фиксируют для истории, тиражируют для масс свои деяния. Чтобы ни один удар, ни одно
издевательство не прошли мимо кадра. Чтобы каждый «актёр» получил свою долю аплодисментов и признания. Шелеховские пацаны тоже хотели сорвать овации. Просто на сей раз общественность отчего-то отреагировала необычным образом. Они этого просто не ожидали. И, может статься, до сих пор не понимают, что именно пошло не так…

=//=

Она с видимым трудом поднялась в маршрутку. Выцветший серый плащ, слишком тёплый для резко потеплевшего дня, две авоськи в руках и уставшее пожилое лицо. Женщине явно не помешало бы присесть на
свободное сиденье в ожидании своей остановки. Увидев её, девчонка лет восьми-девяти соскочила было уступить своё место… но сидевшая рядом с ней родственница (по возрасту вроде бабушка) одёрнула ребёнка за локоть: «сиди-и-и». Она не столько произнесла, сколько прошипела это слово-команду. Но оно легко читалось по движению губ и мимике лица.

Я хотел заступиться за вошедшую женщину, но меня остановил её взгляд. Она будто сказала мне: «Не надо!» и, пройдя мимо водителя, отвернулась в сторону от бабушки с внучкой. На следующей остановке я вышел, а троица продолжила свой путь. Победоносно выглядящая бабушка будущей эгоистки. Девочка, ещё сохранившая чуткость и сострадание вопреки «воспитанию» старшего поколения семьи. Женщина в плаще, которая, разумеется, сможет простоять пару остановок с авоськами в руках.

Что дальше? Вечером бабушка, сияя, расскажет родителям девочки о том, как героически отстояла для их чада заветное сиденье в маршрутке. Или, что хуже, сделает внучке замечание, а по приезде домой прочтёт ей лекцию о вреде сочувствия и человечности в жизни человека. И невдомёк ей, недалёкой, что, победив в этом мнимом «сражении» за сиденье, проиграла она гораздо больше. Ведь женщине из маршрутки требовалось потерпеть всего лишь несколько минут «стоячей» езды. После чего она эту девочку, скорее всего, и не увидит никогда.

А «предприимчивой» бабушке в её беспомощной старости ещё не раз понадобятся внимание и любовь внучки. От которых при таком воспитании лет через десять наверняка ничего не останется. И тогда уже ей, своей бабушке, выпестованная внучка не уступит места. Это на её, бабушкину, жилплощадь станет она нетерпеливо претендовать. Её, бабушку, оставит без опёки или попытается упечь в дом престарелых.

Но сейчас бабушка ничего не предвидит, поскольку так увлечена извлечением микроскопических выгод, что не замечает колоссального вреда. Ну что же, она сеет – ей и пожинать. Да если бы только ей одной.

Но не только, к сожалению. Прежде чем воздать по заслугам своей родимой покровительнице, её внучка может успеть побить своих сверстниц (с записью на мобильник и размещением в Интернете), поиздеваться над учителями-тетрадками «в клеточку». А мы будем удивляться: откуда, ну откуда в юном создании столько агрессии, столько неприкрытого, демонстративного садизма?

Ответ давно известен: яблоко от яблони…

=//=

При чём тут эта бабушка со своей внучкой? – спросят некоторые читатели. А при том, что родители одного из мучителей старушки-физрука подали в суд на пострадавшую учительницу за рукоприкладство (?!) в отношении их чада.

Несмотря на то, что скандальный ролик в Интернете отчётливо показывает преступников и жертву. Выгораживая своё чадо, родители сегодня готовы на всё. А завтра сами могут стать
домашней «грушей». Которую наученный опытом недоросль будет «обрабатывать» уже без разоблачающей камеры и Интернета. Сейчас родители научат его оболгать на следствии в суде свою учительницу.

Чтобы потом ему было легче оболгать и облить грязью их самих. И хоть бы кто задумался: а что же я сею, что буду пожинать? В постсоветском обществе на такие вопросы стойкая немода. Последствия ждать себя не заставили. Сами
выращиваем, сами воспитываем, сами страдаем. Круговорот эгоцентризма в природе.

=//=

Не бойтесь, что хулиган ударит вас на улице. Остерегайтесь, чтобы это не произошло у вас дома, а этим хулиганом не оказался бы собственный сын.

Не сейте то, чего пожинать не хотели бы. И, может быть, взрослеющий отпрыск избавит вас от общения со следователями, адвокатами, прокурорами, судьями. И от просмотра в Интернете роликов, за которые нормальному родителю должно быть очень стыдно.

Старушка-физрук перенесла издевательства молодых отморозков. Теперь очередь за их родителями. Правда, когда их детки окончательно распоясаются, одним «физкультурным» уроком в неделю от них не удастся отделаться. Просто некоторые родители понимают это слишком поздно.

=//=

У меня, как и у многих других людей, нет готовых ответов на болезненные вопросы. Но в жизни общества бывают ситуации, в которых важен не ответ, а вопрос. Если хватит духу задать его себе. Потому что дело не только и не столько в этой школе или этом директоре.

Дело не в Шелеховке и не в сотнях, тысячах таких же шелеховок по всему постсоветью. И даже не в этих ребятах, которые всего лишь повторили и дополнили то, что уже видели по ТВ и в Интернете не раз.

Дело в том, что нынешней постсоветской психике нужна хотя бы минимальная социализация. Просто для того, чтобы общество могло существовать, а различия между людьми и животными не сводились к количеству ступающих конечностей.

С. РАЗДОЛИН

1 апреля 2010 года