ГлавнаяНовостиГазетаRSS

Информационно-аналитический портал «PR.kg»
13 ноября 2018, 04:41

← вчерасегодня ↓

интернет газета интим знакомств
810 (490)
809 (489)
808 (488)
807 (487)
806 (486)
805 (485)
804 (484)
803 (483)
802 (482)
801 (481)
Архив ↓
смотреть материалы номера:
Опубликовано в 16:16
Раздел: Общество

КОМАНДИРОВКА В АМЕРИКУ

В возрасте 75 лет мне представилась возможность на месяц поехать в США, в г. Майами (штат Флорида) в качестве эксперта по советскому уголовному законодательству для участия в судебном процессе по делу бывшего нашего соотечественника Оразакуна Файзиевича Сейдазимова. Он был известен в Америке под именем Рой Азим. Ему инкриминировалось нарушение статьи 18, раздел 1546 (а) Уголовного Кодекса США.

Дело в том, что, будучи гражданином СССР, Сейдазимов был арестован по делу об убийстве председателя Совета Министров Киргизской ССР Султана Ибраимова. В числе других подозреваемых он просидел в тюрьме КГБ год или два. Но когда был обнаружен настоящий убийца Ибраимова, его не освободили, а подкинули к нему в камеру наркотики и дали 8 лет лишения свободы. Он отсидел лет 6 и освободился. Вернувшись на родину, спустя какое-то время он подал в суд ходатайство о снятии с него судимости досрочно. Местный судья, зная истинную подоплеку дела Сейдазимова, снимает с него судимость, а Верховный суд Киргизской ССР прекращает дело из-за отсутствия или недоказанности состава преступления. В 1995 году он получает визу и вылетает на постоянное жительство в США. Перед вылетом заполняет декларацию, а в графе «имеется ли судимость», «привлекался ли к уголовной ответственности» пишет «нет, не судился», зная, что по нашим законам снятие судимости дает гражданину право везде и всюду говорить, что он «не судим». В Майами Сейдазимов спокойно жил и работал до 11 сентября 2001 года. После террористической атаки на США американские власти стали пристально присматриваться к лицам азиатской и арабской национальности. В это же время на Сейдазимова по линии Интерпола поступает анонимное сообщение о том, что он скрывает свою судимость. Потом была установлена личность автора анонимки, им оказался работник МВД Кыргызской Республики. Тут же производится арест Сейдазимова, а через месяц его выпускают под залог в 50 тыс. долларов.

Получив в американском посольстве визу на пребывание в США сроком на один месяц, я в сопровождении родственника Сейдазимова прибыл в Алма-Ату, откуда ночью на самолете британских авиалиний мы вылетели рейсом Баку – Лондон – Майами. В дороге были 12 часов, перенесли полет благополучно. Прибыли в Майами вечером, были тепло встречены Сейдазимовым. Меня поселили в огромном роскошном номере с двумя спальнями в пятизвездочной гостинице на берегу океана. На утро за мной приехал переводчик Семен на черном «Джипе» с водителем испанцем, и мы отправились к Сейдазимову. У него дома уже были в сборе адвокаты и другие помощники. За завтраком шел разговор о предстоящем судебном разбирательстве. Говорили на английском языке, но суть мне подробно переводили. Я сразу спросил коллег, была ли с их стороны попытка поговорить с прокурором или судьей, как это обычно делается у нас, в Союзе. Услышав это, они удивились и ответили, что такое недопустимо ни в коем случае. Целая неделя ушла на ознакомление с уголовным делом. Оно состояло из одного тома, а знакомился я с ним через переводчика. В случае признания виновным Сейдазимову грозила мера наказания от 5 до 8 лет лишения свободы и большой денежный штраф.

Вечерами, когда я оставался в гостинице один, я часто выходил на улицу просто погулять, а также в надежде встретить кого-нибудь русскоязычного, но так ни разу никого и не встретил. Были негры, японцы, китайцы, арабы, индусы, но не было ни одного русского, армянина, украинца. Американцы показались мне очень доброжелательным и любознательным народом. Я так подумал после нескольких случаев. Например, идет навстречу американец лет 35-40 и смотрит на меня, идущего ему навстречу, улыбается, подходит, обнимает и что-то говорит, а я ничего не понимаю. Так и расходимся, не поняв друг друга. Когда об этом я рассказал в нашей компании, они посмеялись и посоветовали мне в таких случаях сказать «ай эм рашн». После этого, якобы, никто со мной больше не будет панибратствовать.

Глядя на окружающее житье-бытье и сравнивая его с нашим, я думал, а почему бы здесь людям не быть добрыми и радушными. Ведь мы находились в земном раю. Все сверкает и блестит, все улыбаются, нет зимы, в апреле уже купаются в океане, самая низкая температура +20 С. В свободное от работы время я объездил весь полуостров Флорида со своим племянником Тынарбеком Данияровым, который, узнав о моем приезде, примчался на своей машине через несколько штатов. Он эмигрировал сюда в 90-е годы и до сих пор живет в Нью-Йорке. Пробыв со мной одну неделю и вволю отдохнув, он вернулся домой.

Подошел день слушания дела Сейдазимова в суде штата Флорида. Судья начал слушание с оглашения прокурором обвинительного акта против Сейдазимова. Все, как и должно быть, шло на английском языке. Переводчик шепотом переводил мне то, что считал нужным. Когда предоставили слово мне как эксперту, я сказал, что Сейдазимов не виновен в том, что скрыл свою судимость. По действующему в СНГ и бывшем СССР законодательству, он имел полное право говорить о том, что не судим, так как судимсоть своевременно снята в соответствии с существующими законами. Я пояснил суду, что появление такого незнакомого для американского правосудия института «как снятие судимости» было связано с политикой массовых репрессий в Советской России. Если бы не было этого института, то в СССР чуть ли не каждый гражданин считался бы судимым. «В США, насколько мне известно, такого института нет, – сказал я. – Тот, кто совершил преступление и осужден за это, считается судимым на всю оставшуюся жизнь». После моей 20-минутной речи прокурор, обращаясь к суду, сказал, что он отзывает свой обвинительный акт и поэтому просит прекратить дело. Все были рады благополучному исходу дела, особенно Сейдазимов.

Я начал собираться домой. Решил приобрести какую-нибудь хорошую вещицу на память об Америке. Но, что удивительно, все хорошие и ценные вещи были произведены в Китае, даже видеокамера, которую я купил. Перед моим отлетом Сейдазимов сказал, что предстоит еще один судебный процесс в американском Таможенном суде. Его интересовало, смогу ли я приехать, если будет такая необходимость. Я ответил утвердительно. Впоследствии я узнал, что и с Таможенным судом дело закончилось благополучно.

Мой друг Елеген

Вспоминая прошедшие годы своей жизни, не могу не сказать теплых слов в адрес моего друга Елегена Каиржанова, человека от рождения очень талантливого и благородного. Он обладал энциклопедическими познаниями, и не только в области юриспруденции. Всю свою долгую жизнь он сеял вокруг себя добро, справедливость, знания, любовь и уважение к людям.

С Елеке я познакомился 40 лет тому назад. Все началось в 1972 году в городе Караганде, куда я приехал на постоянную работу. Каиржанов был кандидатом юридических наук и работал в руководстве Карагандинской высшей школы МВД в звании полковника.

Мы подружились сначала лично, общаясь по своим профессиональным делам. Потом задружили семьями, а наши супруги – Анипа и Шолпан – души не чаяли друг в друге. Елеген выделялся на фоне коллег и ученых-юристов своей необычайной способностью доходчиво и ясно излагать сложные проблемы науки, убеждать в своей правоте как в личных беседах, так и на научных конференциях и семинарах. Хотя среди нас было много маститых и известных ученых, таких как генерал Б. С. Бейсенов, начальник Карагандинской высшей школы МВД РК, имя которого сейчас носит это учебное заведение, его заместители Ким, Ашитов, преподаватели школы Ашеулов, Сабикенов, Жанабилов, ученые из КарГУ Нургалиева, Агыбаев, Нуртаев, Рахметов и др.

Уже в 1975 году Елеке защитил докторскую диссертацию в Киевском государственном университете им. Т. Шевченко на очень сложную в то время, да и теперь, тему: «Объект преступления в СССР» по общей части уголовного права. Через год или два после его защиты пошел слух о том, что эксперты ВАК СССР при утверждении диссертации Е. Каиржанова засомневались в том, что такую сложную работу мог написать какой-то казах из далекой провинциальной Караганды. В связи с этим ему пришлось вторично защитить свою диссертацию на Пленуме ВАК СССР, и он получил диплом доктора юридических наук из рук самого председателя Е. И. Шемякина. Вот таким человеком остался в нашей памяти Елеке – жизнерадостным, оптимистичным, волевым, талантливым, настоящим полковником.

В 1991 году судьба вновь свела меня с Елеке, когда он заведовал кафедрой юридического факультета КазГУ. Он стал официальным оппонентом моей докторской диссертации. С этого времени наше общение с Елеке никогда не прерывалось до его внезапной кончины в 2011 году.

 Последние 20 лет он был постоянным членом диссертационных советов Кыргызстана в КГНУ им. Ж. Баласагына, Кыргызской государственной юридической академии и Кыргызско-Российского (Славянского) университета. Роль Е. И. Каиржанова в подготовке и воспитании научных кадров высшей юридической квалификации для Кыргызстана просто неоценима. Он был практически официальным оппонентом всех моих докторантов, аспирантов и соискателей, а их было только у меня не менее 20.

С подачи Елеке я много лет был постоянным членом диссертационных советов КазГУ им. Аль-Фараби и Академии МВД РК, которые работали под председательством Е. И. Каиржанова. Будучи проректором известного университета «Кайнар», он показал себя как крупный организатор науки. В качестве своего творческого наследства он оставил 10 докторов и 60 кандидатов юридических наук, свыше 250 научных трудов, в том числе 21 монографию, 10 учебников по уголовному праву и криминологии, тысячи практических работников правоохранительных органов в Казахстане и странах СНГ. Не каждый академик может похвастать таким богатым багажом.

От Елеке постоянно исходил непередаваемый тонкий юмор, шутки и остроты. В присутствии коллег он обычно подшучивал надо мной под общий смех: «Карпек, когда ты, наконец, уплатишь нам калым за эже, с которой живешь вот уже больше 50 лет». Я же отвечал ему отказом платить калым и предлагал Елеке забрать назад свою эжешку. На мой 70-летний юбилей в 1998 году приехали мои казахские друзья Е. Каиржанов, К. Бегалиев и А. Агыбаев. На 80-летие Елеке снова приехал и в своем поздравительном тосте под аплодисменты гостей простил мне неуплату калыма и обещал больше не требовать от меня калым. Эти слова оказались пророческими. В январе 2011 года он погиб в автокатастрофе. Прощай, дорогой друг, нам так не хватает твоего доброго сердца, рассудительных речей и радостного смеха. Пусть земля тебе будет пухом!

Юридическая академия

Образование юридической академии, как главной кузницы юридических кадров в Кыргызстане, было восторженно встречено юридической общественностью республики. Разговор о том, что нужно положить конец бессистемному возникновению юридических вузов на платной основе, шел давно. Наконец, в 2003 году вышел указ президента А. Акаева об образовании юридической академии (КГЮА) на базе Института переподготовки и повышения квалификации кадров при КГНУ (ИППКК). У его истоков стоял Чолпонкул Арабаев, который и стал ее первым ректором. После этого был закрыт ряд факультетов и институтов, занимавшихся подготовкой юристов в Бишкеке, Балыкчи, Оше и других местах.

Мы предлагали ректору оставить своим первым проректором бывшего руководителя института, профессора Б. Кубаева как опытнейшего организатора образования и науки. Но что-то не срослось…

Работа Юридической академии постепенно налаживалась. Но тут грянула мартовская революция 2005 года. Это событие привело к активной смене в элите страны, в том числе и научной. Многие лишились своих постов как «пособники старого режима», в том числе и ректор КГЮА Ч. Арабаев, хотя надо признать, делить людей в 21 веке на «красных» и «белых», поверьте мне, прошедшему через это чудовищно несправедливое сито, это форменная и откровенная глупость, удел недалеких и откровенно глупых людей. Жизнь показывает, что там и там немало жуликов и мерзавцев, поэтому выбор надо делать не по политическому окрасу, а по профессиональным и человеческим качествам.

Неожиданно на арене КГЮА появился претендент на должность ректора – молодой кандидат юридических наук, ученый секретарь диссертационного совета по защите кандидатских диссертаций при КГНУ Канат Керезбеков. Еще не успело рассеяться наше удивление, как вышел Указ президента о его назначении и.о. ректора до избрания на эту должность. Многие, в том числе и я, стали гадать, что же теперь будет. Меня смущала молодость претендента, сумеет ли он руководить таким большим коллективом, где немало амбициозных и титулованных преподавателей. Я даже от волнения советовал ему призвать Кубаева первым проректором.

Однако время показало, что наши опасения были напрасными. Те обстоятельства, которые мы считали его слабостью – молодость, неопытность, малоизвестность и т.д. – оказались плюсом. Первым делом он стал активно внедрять новые образовательные технологии в учебный процесс. Не стал, как это обычно делается накануне выборов ректора, тасовать колоду своими людьми или уговаривать голосовать за него. Задолго до предстоящих выборов коллектив убедился, что молодой ректор Канат Керезбеков по профессиональным и человеческим качествам полностью соответствует должности ректора КГЮА, если не сказать большего. Поэтому выборы он выиграл честно, оставив далеко позади другого претендента.

Материальная база КГЮА с каждым годом росла и укреплялась параллельно с улучшением учебного процесса и его качеством. Вуз стремительно рос и расширялся «как на дрожжах», не стоял на месте.

Все это свидетельствует о том, что ректор работал, не воровал сам и другим не позволял. Отсюда авторитет и уважение к нему. В 2010 году власть в стране снова переменилась, но ректор Канат Керезбеков остался, и это очень радует наш коллектив.

Считаю главным качеством Каната Керезбекова, как ректора, – умение ценить и подбирать кадры. Он умеет быстро найти общий язык, создать коммуникации, несмотря на должности и регалии. Нельзя не отметить его высокий интеллект, он вдумчиво вникает во все проблемы, он не рубит с плеча, не торопит, все старается делать основательно и отлично, раз и навсегда.

Писать о других замечательных людях, работающих в КГЮА, не буду, так как цель моей книги воспоминаний иная, да и всех не перечислишь. Мир держится на добрых людях, и это абсолютная правда. Нетрудно представить, что было бы, если бы негодяев было больше.

Мои ученики

За более чем 50 лет моей педагогической деятельности в различных вузах Кыргызстана и Казахстана я обучил десятки тысяч будущих юристов, которые сейчас трудятся на благо своей страны. Из них многие посвятили себя служению юридической науке. Научным руководителем и консультантом я был в отношении более, чем 20 кандидатов и 5 докторов юридических наук. Будучи многие годы членом диссертационных советов по присуждению ученых степеней кандидатов и докторов юридических наук в КНУ им. Ж. Баласагына, КазГУ им. Аль Фараби, КРСУ, КГЮА, Академии МВД Республики Казахстан, я был оппонентом более 60 докторских и более чем 200 кандидатских диссертаций. Среди моих бывших студентов Карагандинского государственного университета им. Е. А. Букетова, где я работал с 1972 по 1980 год заведующим кафедрой уголовного права, четверо стали докторами, а 12 – кандидатами юридических наук. Из моих бывших студентов и дипломников я бы отметил наиболее известных государственных деятелей и ученых, таких как экс-Генеральный прокурор, экс-председатель Конституционного суда и экс-вице-спикера Жогорку Кенеша Кыргызской Республики Чолпон Турсуновна Баекова, депутата кыргызского парламента 4-го созыва, доктора юридических наук, профессора Лейлу Чынтургановну Сыдыкову и докторов юридических наук, профессоров Гаухар Рустемову, Еркина Жунусова, К. Айтхожина, С. Амандыкову, Н. Дулатбекова, Е. Кубелова (нынешнего ректора КарГУ). Из своих прямых учеников хотел бы отметить генерал-лейтенанта милиции, бывшего министра внутренних дел Кыргызской Республики Болота Ногойбаева, который под моим научным руководством защитил кандидатскую, а затем и докторскую диссертацию по проблемам наркотизма. Как ученый он сумел открыть новое направление в учении о наркотизме – наркономику. Из учеников также хотел бы особо отметить кандидата юридических наук Марию Саякову, в настоящее время работающую заместителем директора ИСИТО, кандидата юридических наук Токой уулу Каната – директора института в КГЮА, кандидатов юридических наук Эркина Елюкеева, Бактыгуль Сарманову (дочь моего родного покойного брата Осмона), Азамата Мурзахметова и Канимета Бодобаева, которые ныне успешно работают в вузах нашей страны…

Карпек КУРМАНОВ,
из книги воспоминаний «Исповедь юриста»

26 сентября 2013 г.

Новый комментарий

Я хочу


Введите символы на картинке:

Пожалуйста, ознакомьтесь с правилами добавления комментариев.
КомментироватьВсего 5 комментариев
ВСЕ МАТЕРИАЛЫ НОМЕРА
eXTReMe Tracker
© Информационно-аналитический портал «PR.kg», 2018 г.
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных объявлениях.
При полном или частичном использовании материалов сайта в сети Интернет и СМИ ссылка на сайт «www.pr.kg» обязательна.
По вопросам размещения рекламы и рекламного сотрудничество обращаться:
Телефоны редакции: (312) 34-34-11, 34-34-27
Администратор сайта: (312) 39-20-02
Факс: (312) 34-34-75
Электронная почта: or@pr.kg
Старая версия, Текстовая версия новостей