Аркадий ДУБНОВ: «В ближайшее время южные элиты каким-то образом договорятся о выдвижении некоего тандема для гонки — основного и резервного»

Вот-вот будет дан официальный старт президентской гонке. Какими персоналиями будет представлена президентская гонка? Как изменится конфигурация политических сил? Об этом и многом другом корреспондент «ОР» беседует с политическим обозревателем российской газеты «Время Новостей», экспертом по Центральной Азии Аркадием ДУБНОВЫМ.

— Как вы оцениваете текущую политическую ситуацию в преддверии президентской гонки?

— Думаю, страна будет испытывать серьёзное напряжение в период подготовки к президентским выборам. Надеюсь, это напряжение не приведёт к каким-то серьезным потрясениям, которые происходили в прошлом году – что в апреле, что в июне. Борьба за пост президента, такое ощущение, будет происходить по линии север – юг. Южные элиты, особенно после годовщины июньских событий, будут настроены жёстко по отношению к северянам. Они будут более консолидированными, нежели северные. Полагаю, это и определит основной характер ситуации в стране.

— Какими персоналиями будет представлена южная элита: одним кандидатом или каким-то конгломератом?

— Насколько я понимаю, на сегодняшний день к старту президентской гонки готовы как минимум четыре человека: это Ахматбек Келдибеков и Камчыбек Ташиев, а также Адахан Ма-думаров и Марат Султанов. Есть основания предполагать, что первым двум деятелям «Ата Журта», если они будут представлять серьёзную угрозу для раскачивания ситуации, могут припомнить какие-либо прегрешения, вплоть до обвинений уголовного характера. Что же касается А. Мадумарова и М. Султанова, то они могут стать серьезными участниками гонки. В ближайшее время южные элиты каким-то образом договорятся о выдвижении некоего тандема для гонки — основного и резервного. На первых порах они могут выставить двух кандидатов. Осенью, ближе к выборам, они выберут одного, оказывая последнему полную поддержку.

— Скорее всего, это будет не тандем, а дуумвират. Вряд ли кто из них пожертвует соб-ственными амбициями…

— Посмотрим, может вы и правы.

— Что бы вы могли сказать о северном регионе?

— Здесь ситуация сложнее. Сегодня наиболее амбициозные планы строит премьер. Совершенно очевидно, пока он находится на этом посту, эта возможность будет использоваться для стартапа. Не думаю, что ему кто-либо может противостоять, пока он находится на этой позиции. С другой стороны, к премьеру есть огромное количество претензий и на севере, не говоря про юг. И мне кажется, он не сможет стать консолидированным представителем севера. Вряд ли он сможет найти полноценную поддержку на юге.

— К какому лагерю примкнет оппозиция, к примеру, «Ата Мекен» или «Ак Шумкар»?

— В том-то и дело, что на сегодняшний день раздрай между лидерами очевиден, и я их понимаю. То, как позиционирует себя премьер, выглядит по меньшей мере странно. Для меня было большим потрясением, когда я узнал о содержании его выступления, посвящённого годовщине апрельских событий. Я даже не говорю об экзальтации, которая вызывает двоякие чувства, а говорю о другом — невыдержанности. Если мы сегодня обнаружим в кыргызскоязычной прессе статьи антисемитского характера, то я понимаю, благодаря чему эти статьи имеют место быть. Но это добром не окончится.

— Недавний визит премьера в Турецкую Республику наглядно демонстрирует устойчивый тренд в развитии кыргызско-турецких межгосударственных отношений. В недавнем прошлом в Бишкеке даже предлагали турецкой стороне приобрести пакет акций завода «Дастан», занимающегося сборкой высокоскоростной торпеды «Шквал». Также в ходе официального визита нашего премьера в Турцию, была произнесена фраза об особом потенциальном статусе Кыргызстана в отношениях между Россией и Турцией как связующего мос-тика. Насколько близка эта фраза к объективной реальности? Как будут развиваться межгосударственные отношения между Россией и КР?

— Когда я слышу такого рода заявления, то вспоминаю премьерство Атамбаева в пору президентства Бакиева. Речь идёт о том времени, когда проектировался газопровод из Туркмении в Китай. Тогда премьер во всеуслышание заявил, что договорился со сторонами, участвующими в этом проекте, чтобы труба газопровода изогнулась и прошла через территорию Киргизии. Это было не столько смешно, сколько несуразно. Точно так же и в плане потенциала Киргизии в российско-турецких отношениях. Между Анкарой и Москвой столько связующих мостиков, что иначе как анекдотическими воспринимать эти выражения нельзя. Я думаю, когда Россия и Турция договариваются между собой, то упоминания о роли Киргизии там просто не существует, если, конечно, речь не идёт о судьбе завода «Дастан», который является какой-то разменной картой, может даже и в личных интересах, которые в изобилии имеются у нынешнего киргизского премьера в Турции.

— На днях Международная комиссия по расследованию трагических событий на юге должна публично огласить результаты своего расследования причин трагедии. Ранее Нацио-нальная комиссия, возглавляемая Абдыганы Эркебаевым, уже озвучивала свой вариант отчёта, в котором ответственность за произошедшее возлагается на узбекских сепаратистов и членов ВП. Сепаратисты незаметно покинули территорию КР, избежав тем самым ответственности, а вот отдельные члены ВП благополучно руководят, только уже в ином качестве. Ваше мнение?

— Каким бы ни был отчёт, несмотря на недовольство официальной власти, надо признать, что это беспрецедентный акт со стороны киргизского правительства, которое разрешило Международной комиссии проводить работу внутри Киргизии, при этом абсолютно не препятствуя её работе. Я думаю, это выглядит уникальной историей в нынешнем мире. Ни одно из государств, которое в последние годы оказывалось обвинённым в каких-то силовых акциях или допустило столкновения на религиозной, межэтнической, политической почве с определённым количеством жертв, не допускало к изучению причин Международную комиссию. Вспоминаю историю с Туркменией в 2003 году, когда ОБСЕ, инициируя Московский механизм Организации, пыталась послать туда миссию для изучения обстоятельств, в которых проходили судебные процессы над участниками так называемого заговора против Туркменбаши. Ашхабад тогда категорически этому воспротивился. Подобная история повторяется нынче в Белоруссии, когда Минск отказывается пускать в страну миссию ОБСЕ для изучения событий 19 декабря прошлого года, когда там состоялись президентские выборы. На фоне этого киргизское правительство выглядит более цивилизованным в попытке поддержать диалог с мировым сообществом в стремлении устранить те проблемы, что послужили причиной событий. На мой взгляд, это уже само по себе заслуживает очень высокой оценки. После публикации отчёта Международной комиссии во главе с Киммо Кильюненом вряд ли какое-либо правительство с авторитарным режимом позволит повторить такого рода прецедент — допустить Международную комиссию для независимого расследования. Полагаю, что результаты Международной комиссии вместе с комментариями правительства станут серьёзной основой для преодоления глубоких проблем внутри киргизского общества.

Беседовал Эрик ИСРАИЛОВ

5 мая 2011 г.