ПОЛНЫЕ КАВАЛЕРЫ СЛАВЫ

БАДИГИН МИХАИЛ ПЕТРОВИЧ

– родился 21 октября 1923 г. в с. Суруловка Новоспасского р-на Ульяновской области. В 30-х годах семья Бадигиных переехала в г.Кара-Су, где он окончил школу и некоторое время работал на почте. В феврале 1942 г. Карасуйским райвоенкоматом был призван на военную службу и направлен в Ташкентское минометно-пулеметное училище.

Боевой путь противотанкиста Бадигина начался 20 ноября 1942 г. под Сталинградом. В составе 266-го ИПТАП 57 стрелковой дивизии 8-ой гвардейской армии. Он прошел с боями через реки Днепр, Южный Буг, Днестр, Вислу, Одер. Освобождал Днепропетровск, Одессу, штурмовал Познань, Кюстрин и закончил войну в Берлине у стен рейхстага. В боях трижды ранен. На фронте, в октябре 1944 г. во время боев на Магнушевском плацдарме, вступил в партию.

Восьмого августа 1944 года на участок где сражался Михаил Бадигин, противник бросил в бой десятки танков и бронетранспортеров, сотни автоматчиков. Жаркая началась работа. Бойцы в этот день потеряли счет атакам. Поредевшие расчеты дрались отчаянно. В секторе обстрела орудия Бадигина уже горели три танка, меткими выстрелами были подбиты бронетранспортеры, шрапнелью уничтожено более роты автоматчиков, но противник продолжал атаковать. В разгар боя вражеский снаряд попал в орудие Бадигина и он с уцелевшими бойцами своего расчета перешел к пехотинцам в окопы и продолжал сражаться с врагом из личного оружия. Будучи ранен, он не покинул поле боя и пока не была отбита атака фашистов, оставался в строю. За этот бой он был награжден орденом Славы 3 степени.

В январе 1945 г. при прорыве обороны противника в р-не г. Гловачув гвардии старший сержант Бадигин проявил исключительную храбрость. Его орудие несколько дней, беспрерывно сопровождало наступающую пехоту, расчищая ей дорогу для наступления. Иссеченная осколками пушка била по траншеям и блиндажам. Её можно было видеть на прямой наводке при стрельбе по огневым точкам, мешавшим продвижению, метко разила она шрапнелью фашистских солдат. В этих боях командир орудия Бадигин показал и другое важное качество: умение принимать правильное решение в зависимости от боевой обстановки. Орденом Славы 2 степени были отмечены эти бои.

Апрель, 45 г. День и ночь грохотал гигантский бой за Берлин. Твердыню фашизма штурмовали армии, дивизии, полки. И солдаты. В общей большой победе у каждого солдата была небольшая, но бесконечно важная и значительная для общей победы доля. Расчет Бадигина входил в состав штурмовой группы, продвигавшейся по одной из улиц города. Неожиданно из-за угла выползла немецкая самоходка и стала разворачиваться в сторону бойцов. Секунды решали всё! Бадигин стремительно бросился к прицелу, расчет без команды понял действия командира, быстро развернул орудие. По тому как мгновенно лязгнул затвор Михаил понял, что орудие готово. «В укрытие!» – крикнул он, отлично понимая, что второго снаряда в этом поединке не понадобится . Начался поединок храбрости, выдержки и точности. Ствол в ствол смотрели друг другу фашистская самоходка и наше орудие. Ствол «Фердинанда» ещё покачивался, когда раздался выстрел и вражеская машина вспыхнула ярким факелом.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 мая 1946 г. гвардии старший сержант Бадигин Михаил Петрович награжден орденом Славы 1 степени.

В наши дни ветеран войны живет в г. Ош.

P.S. Статья написана в 80-е годы прошлого века. Других сведений не обнаружено.

_______________________________________________________

«Командир батареи, лейтенант Маслов, показывая на окраину деревни, сказал Бадигину, командиру орудия, что стояло крайним:

– Приготовь там запасную позицию и прочее… Может понадобиться.

 Бадигин оглядел местность. Запасная позиция при наступлении немцев окажется на их фланге, и огонь с нее будет эффективным. Но от своих будет далековато. На отшибе от батареи, да без пехоты… Расчет у Бадигина бывалый, с боями прошел от Сталинграда до Вислы. Народ крепкий, боевой. Разведка донесла, что за лесом сосредоточиваются «королевские тигры», и наверняка фашисты сегодня пойдут в атаку. Немцам необходимо ликвидировать наш плацдарм на западном берегу Вислы, удержать Варшаву – остановить наступление наших фронтов.

– Приказано приготовить позицию здесь, – сказал Бадигин, показывя на огород у крайнего дома… Через час расчет оборудовал огневую, сделал ниши для боезапаса и отрыл щели для себя.

Это был Магнушевский плацдарм, вошедший в историю
Отечественной войны затяжными тяжелыми боями. На север от него была Варшава. Южнее гремели бои на Пулавском плацдарме.

8 августа 1944 года в 10 часов утра после короткого, но мощного артналета немцы начали атаку. На опушке леса показались «королевские тигры». Лязгали гусеницы, коротко рявкали башенные орудия, беспрерывно строчили пулеметы. За танками бежали автоматчики. Девять тигров открыли огонь по деревне, там загорелись дома, и дым густыми клубами повалил на наши позиции. Пехотинцы кашляли, протирали глаза, но противника не видели. Рев моторов, лязг гусениц – казалось, что никакая сила не остановит эту лавину металла. Из траншеи выскочил боец, кинув автомат и зажав уши, побежал к лесу. За ним выскакивали другие.

– Назад, славяне, назад! – старшина батареи Шкарупа бросился наперерез, несколько раз выстрелил из пистолета над головами солдат. Рвались снаряды, густо свистели пули, несколько солдат остановились, так как услышали родной русский фольклор. Пришли в себя, осмысленно уставились на старшину.

– Смотрите, славяне! – Шкарупа показывал на «тигры» и подталкивал молодых солдат к траншеям.

Батарея открыла огонь. Сначала снаряды рвались перед танками, как бы ставя завесу огня. Некоторые танки сбавили скорость и поплатились. Передний танк загорелся, выбрасывая черно-багровое пламя, второй крутанулся на месте без гусеницы, продолжал стрелять, потом, выбросив огромный столб пламени, загорелся. Остальные напирали.

– Бадигин,  на колеса! – приказал лейтенант.

 Расчет прекратил огонь и бегом, взявшись за станины и щит, покатили пушку на запасную позицию. Танки все шли и шли, давя и прошивая все перед собой. Похоже, от пехоты ничего не осталось.

– Наводить по ближнему! – Бадигин встал рядом с заряжающим. Когда крест на броне обозначился четко, взмахнул рукой, подал команду. Гулко ударил выстрел. Танк дернулся и остановился. Второй танк начал поворачивать на деревню. Но тут же загорелся. В это время перед орудием разорвался снаряд. Взрывной волной орудие сдвинуло. Наводчик схватился за голову.

– Заряжай! – закричал Бадигин, становясь на место наводчика.

Немцы били по батарее и деревне. Снаряды рвались вокруг, оглушая и вздымая тучи пыли и земли. Снаряд рванул перед самым орудием, правое колесо отлетело в сторону, ствол зарылся в землю.

– В укрытие! – скомандовал Бадигин.

Бойцы перебежали в щели и открыли огонь из личного оружия по пехоте врага, отсекая от танков. Ожесточение нарастало. «Тигры» ворвались на батарею, давили орудия, утюжили щели, где были пехотинцы, но некоторые останавливались, подорванные гранатами. Увидев подбитые «королевские тигры», немцы отхлынули назад.

Бадигин был ранен, но даже не почувствовал, что ранен. Только когда его перевязали товарищи, понял, что ранен. На заходе солнца их сменила новая батарея, и в траншеи пришла новая рота пехоты. За этот бой Михаил Бадигин в числе многих своих товарищей был награжден орденом Славы 3 степени.

Артполк, в котором служил Бадигин, поддерживал пехоту, когда ей было трудно, и не отставал от нее, когда она наступала. Представляя старшего сержанта к ордену Славы 2 степени, командир полка подчеркнул именно эту неразрывность расчета орудия и пехоты: «За весь период наступления непрерывно находился со своим орудием в передовых подразделениях пехоты».

…В Берлине расчет орудия как всегда шел в рядах пехоты, толкая орудие прямо перед собой посередине улицы. Было тихо. Это настораживало. На соседних улицах шли тяжелые кровопролитные бои, трещали выстрелы, ухали орудия, непрерывно рвались ручные гранаты, а здесь было оглушающее тихо. Улица вела к рейхстагу. И вдруг из-за угла полуразрушенного дома показался длинный ствол. Он выползал, под ним показались гусеницы, потом вся самоходка. Это было так неожиданно, что все оцепенели. Она появилась, как показалось, бесшумно.

– Стой! – закричал Бадигин, бросаясь к орудию и встав к прицелу, повернул ствол на самоходку, стал наводить под ствол орудия самоходки. Место оказалось таким, что не было ни подъездов, ни ворот, окна высоко – ни запрыгнуть, ни спрятаться. Все завороженно уставились на самоходку – что будет? Она уже поворачивала пушку на орудие Михаила. Бадигин успел выстрелить на несколько секунд раньше. Оглушающе грянул выстрел. Самоходка качнулась, из нее вырвалось пламя. Потом густой дым столбом поднялся к крышам, и следом рвануло несколько взрывов. В самоходке взорвался боезапас. Это привело всех в чувство. Пехота бросилась вперед, расчет подбежал к своей пушке и покатил посередине улицы. На перекрестке опять остановились. Из окон двух домов ударили пулеметы, автоматы. Пехотинцы с соседней улицы быстро уничтожили засевших фашистов.

Это был последний бой Михаила Петровича. 2 мая он со своим расчетом был на площади рейхстага. Как и все бойцы, расписался на стенах этого красивого, но чужого здания.

9 мая 1945 г. командир полка, заканчивая реляцию на Бадигина, написал: «За смелость и отвагу, проявленные в боях по овладению столицей фашистской Германии городом Берлин, достоин награждения орденом Славы 1 степени».

Из книги И. Исакова
«Звезды Славы Киргизии».

СТРАНИЦУ ПОДГОТОВИЛ КУВАТ ДЖУМАБАЕВ

22 сентября 2016 г.